Белгород выбрать город
Выберите город

Рассказ про лошадь дымка. Книга про лошадь дымка


Виль Джемс - Дымка - стр 1

Повесть о ковбойском коне по кличке Дымка, а также об увлекательной и трудной профессии ковбоя.

Содержание:

Виль ДжемсДымка (конь ковбоя)

IЖеребенок прерии

Природа была ласкова в тот день, когда маленький вороной жеребенок родился на свет и попробовал упереться длинными шаткими ногами в бурую землю прерии. Короткие стебельки молодой зеленой травы пробивали себе дорогу сквозь свалявшуюся в войлок прошлогоднюю траву. И солнечно, и тихо было в это утро в лощине, где родился Дымка.

Тогда его никто не назвал бы Дымкой, потому что он был совсем черным, это имя он получил позже, когда вырос в стройного четырехлетку и стал ходить под седлом. Свет увидал он не в тесном стойле через окна конюшни, и ни одной человеческой души не было при этом, никого, кто присмотрел бы за ним, помог бы ему стать на ноги и сделать несколько первых шагов. Дымка был жеребенком прерий, и в это утро их было только двое: он да его заботливая мать.

Дымке не было еще и часа, когда в нем проснулся интерес к жизни. Весеннее солнце делало свое дело, тепло растекалось по гладкой черной шерстке и впитывалось в тело, так что скоро уже он поднял голову, уткнулся носом в вытянутые свои передние ноги и принялся их обнюхивать. Мать его была тут же рядом, и, едва он шевельнулся, она коснулась мордой его коротенькой шеи и заржала. При этом звуке Дымка поднял голову еще чуть-чуть выше и заржал в ответ. Ржания не было слышно, видно было только, как у него вздрогнули ноздри. Это было только начало. Еще немного, и его уши заходили взад и вперед, он стал ловить каждый шорох материнского шага. Он все хотел знать, где она.

Потом что-то задвигалось как раз перед ним, в двух шагах от его носа. Сперва Дымка не обратил на это внимания, потому что в глазах у него еще стоял туман. Но когда это "что-то" снова шевельнулось и подвинулось к нему ближе, Дымка вытянул шею и понюхал. Запах ему был знаком, и он успокоился. Это была нога матери. Жеребенок снова насторожил уши и заржал, - на этот раз ему удалось это лучше.

Тут он попробовал встать. Но ноги не слушались его, и едва он приподнял с земли свой живот и сделал маленькую передышку, передняя нога задрожала и подогнулась в колене, весь труд пропал даром.

Дымка полежал на боку и отдышался. Мать заржала, ободряя его, он снова поднял голову и растопырил ноги. Он старался понять, в чем тут дело. Обнюхал ноги, понюхал землю, прикидывая, как бы приладить одно к другому. Мать ходила вокруг и разговаривала с ним по-своему: то ткнет его мордой, то отойдет в сторонку, стоит и смотрит.

Весенний воздух, который, сдается мне, на пользу всему молодому, немало потрудился, чтоб поднять Дымку на ноги, прогнать с глаз туман и налить его тело силой.

Неподалеку, но все же так далеко, что Дымка не мог их видеть, резвились беломордые телята, носились, высоко вскидывая ноги, из стороны в сторону, бегали, задрав хвосты кверху, так что им позавидовала бы гончая собака.

Здесь были и другие жеребята, которые бродили по лощине и пощипывали свежие побеги травы. И все они - и жеребята и телята - только недавно вышли из того беспомощного состояния, в котором сейчас находился Дымка. Но далеко не всем так повезло, как Дымке. Не всех в день рождения ласково встретило солнце, многие родились слишком рано, когда на земле лежал еще снег или до костей пронизывали холодные весенние ливни.

За несколько дней до того, как родился Дымка, его мать отбилась от своего табуна и спряталась в укромном месте, куда, она знала, не заглянет ни бык, ни лошадь, ни всадник. Немного спустя, когда Дымка будет тверд на ногах, она вернется снова к своим, теперь же ей хотелось быть одной со своим жеребенком.

Мать Дымки была настоящей лошадью прерий. Кровь мустангов и рабочих ковбойских коней билась в ней.

В холодные дни, когда прерия тонула в снегах, она находила высокие хребты, где сильные ветры не давали держаться снегу и можно было найти корм. Если засухи выжигали траву и вылизывали воду из водоемов, она вынюхивала воздух и пускалась через родную долину к отрогам высоких гор, где всегда можно было напиться. В этих краях бродили кугуары - горные львы - и волки, но чутье мустанга было ей верной защитой. Она вовремя обходила то место, где подкарауливал ее горный лев, а волку никогда не удавалось загнать ее в засаду.

Дымка унаследовал от матери это чутье, но в то тихое весеннее утро ему нечего было бояться, с ним была его мать, а перед ним самим стояла трудная задача, как устоять на длинных, расползающихся во все стороны ногах, а это требовало смекалки.

Прежде всего нужно собрать их вместе - это он делал легко, - потом передохнул и напряг все силы. Опять понюхал землю, чтобы проверить, где она, и вот наконец поднял голову, вытянул вперед передние ноги. Задние ноги были еще подобраны под живот. Дымка перелил в них все свои силы, всю свою тяжесть перенес на передние - и встал, потому что, на счастье, между ногами оказалось равное расстояние. Теперь оставалось только крепко держать эти ноги и не давать им сгибаться. Не так-то легко было сделать это, потому что, вставая, Дымка истратил все свои силы, и проклятые длинные ноги ходили ходуном.

Пожалуй, все обошлось бы хорошо, но его мать заржала: "Ай молодец!" - и это сбило Дымку с толку. Он гордо вскинул голову кверху, забыл смотреть за своими ногами - и покатился наземь. Но пролежал он на земле недолго. То ли ему понравилось вскакивать на ноги и валиться снова, то ли его взяла досада - только он тотчас же встал снова и вот стоял не слишком твердо, но все же стоял.

Мать подошла к нему, обнюхала его, он понюхал ее и сразу принялся сосать. Это была его первая кормежка, он быстро набирался сил. От роду ему было полтора часа, а он уже держался на ногах.

Этот день был для Дымки полон событий. Он обследовал всю округу, открыл горы в два фута высотой, широкие долины в шесть или восемь футов в поперечнике, а раз даже убежал один на двенадцать футов от матери. Потом он налетел на скалу, у которой был очень красивый вид, и лягнул ее, пробегая мимо. Все это случилось сразу, и он снова растянулся во весь рост, будто собою хотел измерить землю. Но это была не беда, он был очень счастлив и веселился вовсю. А когда солнце садилось за синие отроги гор, Дымка прозевал всю красоту первого в его жизни заката: он снова лежал, вытянувшись во всю длину, но на этот раз по доброй воле, и крепко-крепко спал.

Ночь могла бы поспорить с ушедшим днем: звезды высыпали часто, и каждая старалась перещеголять своим блеском других. Охотники гнали стадо буйволов вокруг Большого Ковша - водоема в Краю-счастливых-охот. Но Дымка ничего не видел, он все еще спал, утомленный приключениями первого дня своей жизни, и, может быть, спал бы еще долго, если бы мать, оберегавшая его сон, не подошла слишком близко и нечаянно не наступила ему на хвост.

Дымке, наверное, приснился дурной сон, может быть, прирожденный инстинкт нарисовал в его уме врага, похожего не то на волка, не то на медведя, - врага, который прижал его к стене. Во всяком случае, едва он почувствовал, как прищемился хвост, он прянул на ноги, готовый дорого продать свою шкуру. Он носился вокруг матери, круг за кругом, и все искал врага, который потревожил его сон. Так он бегал, пока не очутился в тени у материнского бока, здесь была безопасность, и он сразу забыл об обиде и вспомнил о том, что хочется есть. Теплое молоко потекло ему в рот.

На востоке небо светлело, звезды поблекли. Охотники за буйволами ушли на покой, несколько часов прошло с тех пор, как Дымке привиделся враг, и он спал уже снова. Он проспал свой первый закат солнца, проспал и первый восход. Ему нужно было набрать силы для нового дня, чтобы отправиться в дальний путь.

Он спал не шевелясь до тех пор, пока не стало пригревать солнце. Тогда у него шевельнулось одно ухо, потом другое. Он глубоко вздохнул и вытянулся. Потом сразу ожил и глянул на мать. Мать заржала. Дымка поднял голову и попытался встать. Это ему удалось, он выгнул шею и потянулся. День начался.

Начался этот день с того, что мать накормила Дымку, потом, щипля траву, она двинулась по направлению к кучке деревьев в миле или около того к югу. У этих деревьев протекал прозрачный ручей, а Дымкиной матери больше всего на свете хотелось сейчас воды. Она изнывала - так ей хотелось напиться студеной воды, но шла вперед медленней медленного. То и дело она останавливалась и ждала, пока Дымка догонит ее да еще по пути обнюхает и осмотрит каждую былинку и каждый комок земли.

Маленький крольчонок выскочил прямо у него из-под носа, постоял мгновенье, не смея бежать, потом сиганул между длинных ног сосуна и скрылся в норе. Дымка ни разу на своем веку не видал еще кролика, не знал, бежать от него или нет. Он ведь вообще ни разу в жизни еще не бегал, а ему так этого хотелось, но повода не было. Наконец причина нашлась.

profilib.org

Читать Дымка - Джемс Виль - Страница 1

Виль Джемс

Дымка (конь ковбоя)

I

Жеребенок прерии

Природа была ласкова в тот день, когда маленький вороной жеребенок родился на свет и попробовал упереться длинными шаткими ногами в бурую землю прерии. Короткие стебельки молодой зеленой травы пробивали себе дорогу сквозь свалявшуюся в войлок прошлогоднюю траву. И солнечно, и тихо было в это утро в лощине, где родился Дымка.

Тогда его никто не назвал бы Дымкой, потому что он был совсем черным, это имя он получил позже, когда вырос в стройного четырехлетку и стал ходить под седлом. Свет увидал он не в тесном стойле через окна конюшни, и ни одной человеческой души не было при этом, никого, кто присмотрел бы за ним, помог бы ему стать на ноги и сделать несколько первых шагов. Дымка был жеребенком прерий, и в это утро их было только двое: он да его заботливая мать.

Дымке не было еще и часа, когда в нем проснулся интерес к жизни. Весеннее солнце делало свое дело, тепло растекалось по гладкой черной шерстке и впитывалось в тело, так что скоро уже он поднял голову, уткнулся носом в вытянутые свои передние ноги и принялся их обнюхивать. Мать его была тут же рядом, и, едва он шевельнулся, она коснулась мордой его коротенькой шеи и заржала. При этом звуке Дымка поднял голову еще чуть-чуть выше и заржал в ответ. Ржания не было слышно, видно было только, как у него вздрогнули ноздри. Это было только начало. Еще немного, и его уши заходили взад и вперед, он стал ловить каждый шорох материнского шага. Он все хотел знать, где она.

Потом что-то задвигалось как раз перед ним, в двух шагах от его носа. Сперва Дымка не обратил на это внимания, потому что в глазах у него еще стоял туман. Но когда это «что-то» снова шевельнулось и подвинулось к нему ближе, Дымка вытянул шею и понюхал. Запах ему был знаком, и он успокоился. Это была нога матери. Жеребенок снова насторожил уши и заржал, — на этот раз ему удалось это лучше.

Тут он попробовал встать. Но ноги не слушались его, и едва он приподнял с земли свой живот и сделал маленькую передышку, передняя нога задрожала и подогнулась в колене, весь труд пропал даром.

Дымка полежал на боку и отдышался. Мать заржала, ободряя его, он снова поднял голову и растопырил ноги. Он старался понять, в чем тут дело. Обнюхал ноги, понюхал землю, прикидывая, как бы приладить одно к другому. Мать ходила вокруг и разговаривала с ним по-своему: то ткнет его мордой, то отойдет в сторонку, стоит и смотрит.

Весенний воздух, который, сдается мне, на пользу всему молодому, немало потрудился, чтоб поднять Дымку на ноги, прогнать с глаз туман и налить его тело силой.

Неподалеку, но все же так далеко, что Дымка не мог их видеть, резвились беломордые телята, носились, высоко вскидывая ноги, из стороны в сторону, бегали, задрав хвосты кверху, так что им позавидовала бы гончая собака.

Здесь были и другие жеребята, которые бродили по лощине и пощипывали свежие побеги травы. И все они — и жеребята и телята — только недавно вышли из того беспомощного состояния, в котором сейчас находился Дымка. Но далеко не всем так повезло, как Дымке. Не всех в день рождения ласково встретило солнце, многие родились слишком рано, когда на земле лежал еще снег или до костей пронизывали холодные весенние ливни.

За несколько дней до того, как родился Дымка, его мать отбилась от своего табуна и спряталась в укромном месте, куда, она знала, не заглянет ни бык, ни лошадь, ни всадник. Немного спустя, когда Дымка будет тверд на ногах, она вернется снова к своим, теперь же ей хотелось быть одной со своим жеребенком.

Мать Дымки была настоящей лошадью прерий. Кровь мустангов и рабочих ковбойских коней билась в ней.

В холодные дни, когда прерия тонула в снегах, она находила высокие хребты, где сильные ветры не давали держаться снегу и можно было найти корм. Если засухи выжигали траву и вылизывали воду из водоемов, она вынюхивала воздух и пускалась через родную долину к отрогам высоких гор, где всегда можно было напиться. В этих краях бродили кугуары — горные львы — и волки, но чутье мустанга было ей верной защитой. Она вовремя обходила то место, где подкарауливал ее горный лев, а волку никогда не удавалось загнать ее в засаду.

Дымка унаследовал от матери это чутье, но в то тихое весеннее утро ему нечего было бояться, с ним была его мать, а перед ним самим стояла трудная задача, как устоять на длинных, расползающихся во все стороны ногах, а это требовало смекалки.

Прежде всего нужно собрать их вместе — это он делал легко, — потом передохнул и напряг все силы. Опять понюхал землю, чтобы проверить, где она, и вот наконец поднял голову, вытянул вперед передние ноги. Задние ноги были еще подобраны под живот. Дымка перелил в них все свои силы, всю свою тяжесть перенес на передние — и встал, потому что, на счастье, между ногами оказалось равное расстояние. Теперь оставалось только крепко держать эти ноги и не давать им сгибаться. Не так-то легко было сделать это, потому что, вставая, Дымка истратил все свои силы, и проклятые длинные ноги ходили ходуном.

Пожалуй, все обошлось бы хорошо, но его мать заржала: «Ай молодец!» — и это сбило Дымку с толку. Он гордо вскинул голову кверху, забыл смотреть за своими ногами — и покатился наземь. Но пролежал он на земле недолго. То ли ему понравилось вскакивать на ноги и валиться снова, то ли его взяла досада — только он тотчас же встал снова и вот стоял не слишком твердо, но все же стоял.

Мать подошла к нему, обнюхала его, он понюхал ее и сразу принялся сосать. Это была его первая кормежка, он быстро набирался сил. От роду ему было полтора часа, а он уже держался на ногах.

Этот день был для Дымки полон событий. Он обследовал всю округу, открыл горы в два фута высотой, широкие долины в шесть или восемь футов в поперечнике, а раз даже убежал один на двенадцать футов от матери. Потом он налетел на скалу, у которой был очень красивый вид, и лягнул ее, пробегая мимо. Все это случилось сразу, и он снова растянулся во весь рост, будто собою хотел измерить землю. Но это была не беда, он был очень счастлив и веселился вовсю. А когда солнце садилось за синие отроги гор, Дымка прозевал всю красоту первого в его жизни заката: он снова лежал, вытянувшись во всю длину, но на этот раз по доброй воле, и крепко-крепко спал.

Ночь могла бы поспорить с ушедшим днем: звезды высыпали часто, и каждая старалась перещеголять своим блеском других. Охотники гнали стадо буйволов вокруг Большого Ковша — водоема в Краю-счастливых-охот. Но Дымка ничего не видел, он все еще спал, утомленный приключениями первого дня своей жизни, и, может быть, спал бы еще долго, если бы мать, оберегавшая его сон, не подошла слишком близко и нечаянно не наступила ему на хвост.

Дымке, наверное, приснился дурной сон, может быть, прирожденный инстинкт нарисовал в его уме врага, похожего не то на волка, не то на медведя, — врага, который прижал его к стене. Во всяком случае, едва он почувствовал, как прищемился хвост, он прянул на ноги, готовый дорого продать свою шкуру. Он носился вокруг матери, круг за кругом, и все искал врага, который потревожил его сон. Так он бегал, пока не очутился в тени у материнского бока, здесь была безопасность, и он сразу забыл об обиде и вспомнил о том, что хочется есть. Теплое молоко потекло ему в рот.

На востоке небо светлело, звезды поблекли. Охотники за буйволами ушли на покой, несколько часов прошло с тех пор, как Дымке привиделся враг, и он спал уже снова. Он проспал свой первый закат солнца, проспал и первый восход. Ему нужно было набрать силы для нового дня, чтобы отправиться в дальний путь.

Он спал не шевелясь до тех пор, пока не стало пригревать солнце. Тогда у него шевельнулось одно ухо, потом другое. Он глубоко вздохнул и вытянулся. Потом сразу ожил и глянул на мать. Мать заржала. Дымка поднял голову и попытался встать. Это ему удалось, он выгнул шею и потянулся. День начался.

online-knigi.com

О любимой книге...

Этот раздел я хочу посвятить своей любимой книге-"Дымка.(Конь ковбоя)Эта книга про лошадь, про Дымку. Дымка-мустанг, дикая лошадь, которя потом станет прекрасным, знаменитым ковбойским конём. Но он не всегда будет жить в компании РокинР, со своим наездником и хозяином, ковбоем Клинтом... Автор этой книги-Виль Джеймс, американский писатель. О Дымке я прочитала в книге "Жизнь замечательных Животных", где также есть повести "Изумруд"(Александр Куприн), "Мери"(Иван Шмелев), и "Мустанг-иноходец"(Эрнст Сетон-Томпсон". Издательсво этой книги-ОЛМА ПРЕСС. Краткое содержание повети о Дымке я напишу позже, если есть смысл его писать... Тогда ведь будет совсем не интерено читать эту замечательную повесть... Скажу только, что Дымка закончит жизнь в той самой компании, где его из сырого дичка переделали в прекрасного ковбойского коня. Но он не всегда будет жить там мирной жизнью, о нет. В компании он отличался умом и норовом. Дымка был однолюбом. В повести описывается вся жизнь лошади. С его рождения до его смерти. Рекомндую почитать. Об авторе книги, я, к сожалению, ничего не знаю. Надеюсь, книга вам понравится, а раздел будет вам подезен. С уважением, ваша админка: Tecnochka/Asia.

Краткое содержание повести. Дымка-жеребёнок: Дымка рождается в прериях, есго мать-подлинный мустанг.("Кровь мустангов и рабочих ковбойских коней билась в ней")Потом мать и Дымка возвращаются к родному стаду. Сначала, если честно, Дымка был вороным, полностью чёрным, и Дымкой, его, конечно. никто бы не назвал. Вскоре жеребёнок сдружился и с другими жеребятами. Лето, пролетело быстро, пришла зима. К счастью, Дымка накопил за лето жир и отрастил длинную, тёплую бурую шерсть. Зимой Дымка уже начал сам отрывать корм. Ещё летом он наал снаала есть траву(ему не хватало одного молока), потом молоко стало лакомством, а потом мать дала ему понять, что он отлучён. Зимой Дымка просто обожал резвиться и вздымать огромные облака снежинок. Но вот и зима прошла. Дымка не оценил сначала тёплых ветров. Он размяк и ослаб, и впервые у него не стало охоты играть и резвиться. Он размяк и ослаб. Вскоре стали появляться первые свежие ростки. Не Дымка, не другие лошади табуна больше и смотреть не хотели на сухую отаву(прошлогоднюю траву, в тот же год вырасшую на месте скошенной). Вскоре свежей травы стало больше, а у Дымки на месте вороной выросла новая, мышастая, очень красивая шерстка. Пока это всё, у меня мало времени, так что вскоре я напишу побольше...

hoursesloverunastia.narod.ru

Рассказ про лошадь дымка | moykon.bitballoon.com

Специально для читателей EquiLife.ru мы представляем список лучших художественных произведений о лошадях, которые должен прочесть каждый конник.

В нашем списке – произведения и классиков, и современных авторов; в центре всех этих рассказов и повестей – лошади, а зачастую и повествование в них идёт от лица лошади. Многие из этих историй основаны на реальных событиях, и большинство из них были экранизированы.

Виль Джемс (1892-1942) — американский художник и писатель франко-канадского происхождения. «Дымка» — повесть о ковбойском коне по имени Дымка, умном, храбром и гордом. Суровые испытания выпали на долю мышастого жеребца из американских прерий, но он смог с достоинством пройти через них. Книга была экранизирована в Голливуде.

Лев Николаевич Толстой (1828-1910) – великий русский писатель, один из величайших писателей мира. «Холстомер» — рассказ старого пегого мерина о своей жизни. Рысак Мужик I-ый по прозвищу Холстомер был очень резвой лошадью, но был выбракован по причине пегости. Его жизнь была очень трудной, он сменил множество владельцев и попал под седло табунщика…

По рассказу был поставлен спектакль «История лошади» и опера «Холстомер».

Александр Иванович Куприн (1870-1938) – русский писатель и переводчик. «Изумруд» — рассказ о сером рысаке, ставшем жертвой человеческой непорядочности и корыстолюбия. Рассказ основан на реальных событиях – истории серого якобы орловского рысака Рассвета, который на самом деле был американским рысаком по кличке Вильям С. К.

Петр Алексеевич Ширяев (1888-1935), русский писатель и переводчик, хорошо знал мир коннозаводства и бегов. «Внук Тальони» — рассказ о временах Гражданской войны; о том, как одному крестьянину попала в руки орловская кобыла Лесть, про её судьбу и судьбу её потомка, рысака по кличке Внук Тальони. Книга основана на реальной истории жеребца по кличке Милый (внук Барона Роджерса) и его матери Скоморошки; была дважды экранизирована.

Лев Владимирович Брандт (1901-1949) — советский писатель. «Браслет II» — удивительная история призового рысака, ставшего по капризу судьбы обозным конём, подвозившим снаряды во время наступления Юденича на Петроград в 1919 году. В повести трагедия одного животного сплетается с трагедиями людей и показывает ужас эпохи, сломавшей жизни многих людей и животных и полностью изменившей судьбу огромной страны. Правдивая, тяжёлая и сильная повесть, которая была экранизирована в 1968 году.

6. Прощай, Гульсары! (Чингиз Айтматов)

Чингиз Айтматов (1928-2008) — русский и киргизский писатель, дипломат. В повести «Прощай, Гульсары!» — история киргизского крестьянина Тананбая и иноходца Гульсары, который сопровождал Тананбая и был ему другом на протяжении долгих лет. Критики отмечали, что образ Гульсары является метафорой сущности человеческой жизни, в которой неизбежно подавление личности, отказ от естественности бытия. Книга была экранизирована.

7. Боевой конь (Майкл Морпурго)

Майкл Морпурго (р. 1943) – английский писатель и сценарист. «Боевой конь» — трогательная история о дружбе между конём Джоуи и мальчиком Альбертом, рассказанная от лица коня, прошедшего через кровавую войну. Автор предлагает нам взглянуть на войну глазами лошади – смирного и преданного человеку существа, почувствовать абсурдность и жестокость войны, которая не щадит ни людей, ни животных. В 2011 году книга была экранизирована.

8. Мустанг-иноходец (Эрнест Сетон-Томпсон)

Эрнест Сетон-Томпсон (1860-1946) — канадский писатель, художник-анималист, натуралист. Он чрезвычайно правдиво и точно описывает действия, поступки и повадки животных. «Мустанг-иноходец» — красивая и жестокая история о гордом и свободном жеребце. Книга была экранизирована.

9. Чёрный Красавчик (Анна Сьюэлл)

Анна Сьюэлл (1820-1877) – знаменитая английская писательница. Её повесть – пожалуй, самая известная английская книга про лошадей, в Англии ее читают практически все дети и подростки. Эта книга заставила людей посмотреть на мир глазами лошади, научив их добру и сочувствию. «Черный Красавчик» — история жизни вороного коня, полная непредсказуемых поворотов и драматических событий. По мотивам этой знаменитой книги снято несколько фильмов, сериалов и мультфильмов.

10. Самый красивый конь (Борис Алмазов)

Борис Александрович Алмазов (р. 1944) – советский и российский бард и писатель. «Самый красивый конь» — добрая повесть про мальчика, который попал на конюшню и влюбился в лошадей. Перед читателем в этой книге открывается целый пласт советской истории, жизнь детской и юношеской конноспортивной школы. В 1977 году по книге был снят фильм.

Клички для лошадей списокКак называется человек ухаживающий за лошадьми

moykon.netlify.com

Рассказ про лошадь дымка | koni.bitballoon.com

Специально для читателей EquiLife.ru мы представляем список лучших художественных произведений о лошадях, которые должен прочесть каждый конник.

В нашем списке – произведения и классиков, и современных авторов; в центре всех этих рассказов и повестей – лошади, а зачастую и повествование в них идёт от лица лошади. Многие из этих историй основаны на реальных событиях, и большинство из них были экранизированы.

Виль Джемс (1892-1942) — американский художник и писатель франко-канадского происхождения. «Дымка» — повесть о ковбойском коне по имени Дымка, умном, храбром и гордом. Суровые испытания выпали на долю мышастого жеребца из американских прерий, но он смог с достоинством пройти через них. Книга была экранизирована в Голливуде.

Лев Николаевич Толстой (1828-1910) – великий русский писатель, один из величайших писателей мира. «Холстомер» — рассказ старого пегого мерина о своей жизни. Рысак Мужик I-ый по прозвищу Холстомер был очень резвой лошадью, но был выбракован по причине пегости. Его жизнь была очень трудной, он сменил множество владельцев и попал под седло табунщика…

По рассказу был поставлен спектакль «История лошади» и опера «Холстомер».

Александр Иванович Куприн (1870-1938) – русский писатель и переводчик. «Изумруд» — рассказ о сером рысаке, ставшем жертвой человеческой непорядочности и корыстолюбия. Рассказ основан на реальных событиях – истории серого якобы орловского рысака Рассвета, который на самом деле был американским рысаком по кличке Вильям С. К.

Петр Алексеевич Ширяев (1888-1935), русский писатель и переводчик, хорошо знал мир коннозаводства и бегов. «Внук Тальони» — рассказ о временах Гражданской войны; о том, как одному крестьянину попала в руки орловская кобыла Лесть, про её судьбу и судьбу её потомка, рысака по кличке Внук Тальони. Книга основана на реальной истории жеребца по кличке Милый (внук Барона Роджерса) и его матери Скоморошки; была дважды экранизирована.

Лев Владимирович Брандт (1901-1949) — советский писатель. «Браслет II» — удивительная история призового рысака, ставшего по капризу судьбы обозным конём, подвозившим снаряды во время наступления Юденича на Петроград в 1919 году. В повести трагедия одного животного сплетается с трагедиями людей и показывает ужас эпохи, сломавшей жизни многих людей и животных и полностью изменившей судьбу огромной страны. Правдивая, тяжёлая и сильная повесть, которая была экранизирована в 1968 году.

6. Прощай, Гульсары! (Чингиз Айтматов)

Чингиз Айтматов (1928-2008) — русский и киргизский писатель, дипломат. В повести «Прощай, Гульсары!» — история киргизского крестьянина Тананбая и иноходца Гульсары, который сопровождал Тананбая и был ему другом на протяжении долгих лет. Критики отмечали, что образ Гульсары является метафорой сущности человеческой жизни, в которой неизбежно подавление личности, отказ от естественности бытия. Книга была экранизирована.

7. Боевой конь (Майкл Морпурго)

Майкл Морпурго (р. 1943) – английский писатель и сценарист. «Боевой конь» — трогательная история о дружбе между конём Джоуи и мальчиком Альбертом, рассказанная от лица коня, прошедшего через кровавую войну. Автор предлагает нам взглянуть на войну глазами лошади – смирного и преданного человеку существа, почувствовать абсурдность и жестокость войны, которая не щадит ни людей, ни животных. В 2011 году книга была экранизирована.

8. Мустанг-иноходец (Эрнест Сетон-Томпсон)

Эрнест Сетон-Томпсон (1860-1946) — канадский писатель, художник-анималист, натуралист. Он чрезвычайно правдиво и точно описывает действия, поступки и повадки животных. «Мустанг-иноходец» — красивая и жестокая история о гордом и свободном жеребце. Книга была экранизирована.

9. Чёрный Красавчик (Анна Сьюэлл)

Анна Сьюэлл (1820-1877) – знаменитая английская писательница. Её повесть – пожалуй, самая известная английская книга про лошадей, в Англии ее читают практически все дети и подростки. Эта книга заставила людей посмотреть на мир глазами лошади, научив их добру и сочувствию. «Черный Красавчик» — история жизни вороного коня, полная непредсказуемых поворотов и драматических событий. По мотивам этой знаменитой книги снято несколько фильмов, сериалов и мультфильмов.

10. Самый красивый конь (Борис Алмазов)

Борис Александрович Алмазов (р. 1944) – советский и российский бард и писатель. «Самый красивый конь» — добрая повесть про мальчика, который попал на конюшню и влюбился в лошадей. Перед читателем в этой книге открывается целый пласт советской истории, жизнь детской и юношеской конноспортивной школы. В 1977 году по книге был снят фильм.

Хранение лошадейЕзда на лошадях в москве

koni.netlify.com


Foliant31 | Все права защищены © 2018 | Карта сайта