Белгород выбрать город
Выберите город

Кабардинская порода лошадей. Кабардинская порода лошадей скачки


Кабардинская порода лошадей Википедия

Кабардинская (или горская[1]) порода лошадей (кабард.-черк. и адыг. адыгэш) — одна из старейших аборигенных пород верхово-упряжного типа.

Вошла во все мировые справочники по коневодству. В старину в России хороший верховой кабардинец был известен под именем аргамак[2] — впрочем, так называли любую дорогую верховую лошадь азиатской (восточной) породы.

История[ | код]

История адыгского народа теснейшим образом связана с историей создания, использования и совершенствования кабардинской породы лошадей, получившей широкую известность далеко за пределами Кавказа. Она сформировалась в условиях содержания круглый год в табуне. Летом — на открытых горных пастбищах, а зимой её содержали в предгорьях и на равнинах, лишь подкармливая сеном и зерном. Кабардинская порода лошадей издавна высоко ценилась как боевая порода. Они способны проходить огромные расстояния, при этом их никогда не подковывали, и они даже в большом числе не могли выдать передвижение войск стуком подков. Эти войска из всадников и коней крепче гвоздей, не могли потерпеть поражение из-за некачественных гвоздей для крепления подков, так как в них не нуждались. Войска передвигались или находились в засаде на меринах, не выдававших своё расположение даже ржанием. Без подков, воды, корма кони могли преодолеть даже двести километров. И после продолжительного путешествия лошадям не давали корма сразу: прежде она стояла некоторое время у кормушки, и только потом получала ячмень и овес. Но чаще всего лошадь кормили просяной соломой, а со второй половины XIX века также и кукурузой.[3]

Стоит отметить, что с исторической точки зрения данная порода является общеадыгской (черкесской). С кабард.-черк. «адыгэш» переводится как «адыгская лошадь». Кабардинской данная порода русскими стала называться не только из-за того, что из всех черкесских земель именно в Кабарде коневодство достигло наибольшего развития. Дело в том, что самоназвание черкесов - адыги - русскими тогда не использовалось, а черкесской (или точнее, до XIX века особенно, - черкасской) породой лошадей также называлась совсем другая порода, выведенная на Украине, ставшая в XVIII веке основной для комплектования и ремонта русских легкоконных полков (казачьих, драгунских, собственно легкоконных, уланских, гусарских). Она постепенно потеряла своё значение в XIX веке (например, в пользу выведенной на заводах Платова новой донской породы, черноморской породы и других, хотя Отечественную войну 1812 года выиграла ещё, в основном, черкасская порода) и исчезла к середине XX века. Лошади этой породы были ниже ростом. Их надо было подковывать. При скрещивании лошадей этой черкасской породы, приведенных на Кавказ черноморскими казаками, с лошадьми адыгов (кабардинской породы) образовалась черноморская порода лошадей. Её держали не только черноморские, но и линейные и донские казаки, а также разбиравшиеся в конях иногородние. Именно содержавшиеся на Дону черноморские лошади были использованы для выведения будённовской породы, унаследовавшей многие свойства кабардинской породы[4]. Кабардинская порода ценилась как боевая порода не только для атаки лавой или строем, как вышеописанная черкасская лошадь с Украины, но и для рассыпного боя и поединков. Качества выработанные у кабардинской лошади, были обусловлены потребностью адыгов в верховом боевом коне. Сочетание таких качеств, как высокая резвость и потрясающая выносливость, необыкновенная смелость и осторожность при езде по горным тропам делали эту лошадь идеальной для дальних походов и скоротечных набегов.

Кабардинская лошадь(рисунок из «

ru-wiki.ru

Кабардинская порода лошадей Вики

Кабардинская (или горская[1]) порода лошадей (кабард.-черк. и адыг. адыгэш) — одна из старейших аборигенных пород верхово-упряжного типа.

Вошла во все мировые справочники по коневодству. В старину в России хороший верховой кабардинец был известен под именем аргамак[2] — впрочем, так называли любую дорогую верховую лошадь азиатской (восточной) породы.

История[ | код]

История адыгского народа теснейшим образом связана с историей создания, использования и совершенствования кабардинской породы лошадей, получившей широкую известность далеко за пределами Кавказа. Она сформировалась в условиях содержания круглый год в табуне. Летом — на открытых горных пастбищах, а зимой её содержали в предгорьях и на равнинах, лишь подкармливая сеном и зерном. Кабардинская порода лошадей издавна высоко ценилась как боевая порода. Они способны проходить огромные расстояния, при этом их никогда не подковывали, и они даже в большом числе не могли выдать передвижение войск стуком подков. Эти войска из всадников и коней крепче гвоздей, не могли потерпеть поражение из-за некачественных гвоздей для крепления подков, так как в них не нуждались. Войска передвигались или находились в засаде на меринах, не выдававших своё расположение даже ржанием. Без подков, воды, корма кони могли преодолеть даже двести километров. И после продолжительного путешествия лошадям не давали корма сразу: прежде она стояла некоторое время у кормушки, и только потом получала ячмень и овес. Но чаще всего лошадь кормили просяной соломой, а со второй половины XIX века также и кукурузой.[3]

Стоит отметить, что с исторической точки зрения данная порода является общеадыгской (черкесской). С кабард.-черк. «адыгэш» переводится как «адыгская лошадь». Кабардинской данная порода русскими стала называться не только из-за того, что из всех черкесских земель именно в Кабарде коневодство достигло наибольшего развития. Дело в том, что самоназвание черкесов - адыги - русскими тогда не использовалось, а черкесской (или точнее, до XIX века особенно, - черкасской) породой лошадей также называлась совсем другая порода, выведенная на Украине, ставшая в XVIII веке основной для комплектования и ремонта русских легкоконных полков (казачьих, драгунских, собственно легкоконных, уланских, гусарских). Она постепенно потеряла своё значение в XIX веке (например, в пользу выведенной на заводах Платова новой донской породы, черноморской породы и других, хотя Отечественную войну 1812 года выиграла ещё, в основном, черкасская порода) и исчезла к середине XX века. Лошади этой породы были ниже ростом. Их надо было подковывать. При скрещивании лошадей этой черкасской породы, приведенных на Кавказ черноморскими казаками, с лошадьми адыгов (кабардинской породы) образовалась черноморская порода лошадей. Её держали не только черноморские, но и линейные и донские казаки, а также разбиравшиеся в конях иногородние. Именно содержавшиеся на Дону черноморские лошади были использованы для выведения будённовской породы, унаследовавшей многие свойства кабардинской породы[4]. Кабардинская порода ценилась как боевая порода не только для атаки лавой или строем, как вышеописанная черкасская лошадь с Украины, но и для рассыпного боя и поединков. Качества выработанные у кабардинской лошади, были обусловлены потребностью адыгов в верховом боевом коне. Сочетание таких качеств, как высокая резвость и потрясающая выносливость, необыкновенная смелость и осторожность при езде по горным тропам делали эту лошадь идеальной для дальних походов и скоротечных набегов.

Иосафат Барбаро, посетивший земли адыгов во второй половине XV века, сообщает не только о том что жизнь адыга была целиком связана с конём, но и о многих разновидностях породы. Наибольшее распространение имели следующие разновидности кабардинской (в его время только адыгской) породы коней: шоолох, бечкан, куденет, крымшокал, жерешти, абук, хагундоко, шеджароко, ачатыр, трам и шагди. Самыми распространенными и знаменитыми разновидностями были тогда шоолох и бечкан. Первый был особенно хорош как скакун, а бечкана адыги использовали для продолжительных переходов и состязаний. Наиболее красивый экстерьер имела порода жерешти, которую обычно аталык (тот, кто замещал отца — адыги, особенно знатные, и по их примеру затем и грузины — например, в приёмной семье самого бедного крестьянина его родителей воспитывался князь И. Г. Чавчавадзе — отдавали детей в приёмные семьи, чтобы дети не росли в роскоши и праздности, и став князьями, понимали простых людей и заботились не только о приёмных родителях, но и о простых людях вообще) дарил (обычно за счёт родных родителей, но иногда сыновьями обменивались богатые знатные семьи — тогда коня приёмные родители покупали за свои деньги) воспитаннику (пуру), когда он возвращался в дом родителей. Жерешты уступали в выносливости шоолоху, крымшокалу и кундету. Все эти разновидности выращивались в ущерб боевому коню — шагди, вследствие относительно мирного времени.[5]

По утверждению Ю. Н. Барминцева (1972), кабардинская порода произошла в результате смешения многих пород, в основном, степных лошадей, карабахской лошади и пород южного корня — персидской, арабской и туркменской (ахалтекинской). Но другие специалисты утверждают, что горянки адыгов ещё в древности сами в результате тщательной селекции вывели эту породу. Консенсус среди специалистов достигнут только в том, что после начала интенсивной исламизации адыгов во второй половине XV века, адыги-хаджи начали привозить арабских лошадей и смешивали их с кабардинскими. Но вместе с тем, с древности лошадь у адыгов — это второе «я» человека. У них слова «конь» и «брат» звучат созвучно — «шы», а если они хотят спросить о внешности человека, то говорили «какой вид коня-всадника?». Являясь древним оседлым народом, адыги были вынуждены оказывать сопротивление кочевникам. Поэтому лошадь, прежде всего, нужна была как боевой конь ещё в древности[6].

С 1870 года в селе Приречное действует Малкинский конный завод этой породы, который напрямую поставлял лошадей в царские войска, а позже в Красную Армию. Во Время Великой Отечественной войны часть коней погибла на фронте, а часть была расхищена оккупировавшими Кабардино-Балкарию гитлеровцами. Для восстановления породы после войны были использованы, кроме адыгских лошадей Западного Кавказа, также и лошади английской породы. Но порой эту восстановленную породу считают не разновидностью кабардинской породы, а новой "англо-кабардинской породой". В настоящее время делается попытка восстановить кабардинскую (адыгскую) породу такой, какой она была примерно в X веке[7].

Общие характеристики[ | код]

Она отлично приспособлена как для равнин, так и для высокогорья, поскольку её отличает способность сохранять равновесие при передвижении по скользким и скалистым тропам, преодолевать крутые спуски и подъемы, безболезненно переносить резкие колебания температуры и давления воздуха.. Развитая физическая сила и выносливость позволяют ей хорошо себя чувствовать в условиях высокогорья, и при весе груза в 150 кг проходить по 100 км в день.

Лошадь кабардинской породы характеризуется «удачным» физическим сложением: хорошо развит корпус, шея длинная, мускулистая, широкая грудь; голова небольшая, сухая, профиль с горбинкой; спина прямая и короткая, круп свислый и относительно широкий; ноги сухие с хорошей формой копыт, которые отличаются твердостью, воспитанной на твердой целине и камнях горных пастбищ. Характерной особенностью породы являются саблистые задние ноги и в несколько меньшей мере х-образность.

Лошади кабардинской породы отличаются крепкой конституцией, высокой резистентностью к заболеваниям, плодовитостью, хорошей способностью быстро восстанавливать упитанность и сохранять её зимой при табунном содержании. Племенных кобыл используют до 19 — 20 лет, однако нередко от них получают жеребят и в более старшем возрасте. В то же время кабардинские лошади в отличие от других пород более позднеспелые. По данным племенных хозяйств Кабардино-Балкарии, выход жеребят в породе составляет 83-85 %.

У типичных представителей породы крепкая конституция, небольшая голова, профиль с горбинкой, средней длины мускулистая шея, крепкая прямая спина, широкая и глубокая грудная клетка, немного спущенный круп. Конечности тонкие, но крепкие, с необыкновенно прочными и цепкими копытами. Задние ноги часто саблистые. Кабардинская лошадь самая крупная из горских пород, высота в холке 152—157 см. Промеры лучших кабардинских лошадей, записанных в V том ГПК кабардинской и карачаевской пород (издан в 1993 году) составляет у жеребцов колхозов и совхозов 155,1-183,4-19,9 см; у кобыл соответственно 151,6-178,1-18,7 см. Лошади, выращенные в конных заводах, соответственно, ещё крупнее, массивнее и костистее. Масть в основном гнедая, вороная или караковая.

Под влиянием различных условий разведения, использования и содержания, в породе выделяют три внутрипородных типа: восточный, основной (характерный) и густой (массивный).

Лошади восточного типа имеют особенности, свойственные верховым лошадям. Лошади основного типа — ярко выраженные горные верховые, сухой конституции. Лошади массивного типа имеют удлинённый массивный корпус, развитый костяк и густые формы, свойственные легкоупряжным породам.

Фотография рубежа XIX / XX вв, изображающая двух кабардинцев с конём кабардинской (черкесской) породы (адыгэш) в старинной экипировке кабардинских аристократов.

Некоторые физиологические стандарты[ | код]

Отличительной чертой кабардинских лошадей были крепкие ноги и особая форма копыт «стаканчиком». «У таких лошадей мышечная часть подошвы залегала глубоко, как бы на дне перевернутого стакана, и она почти кругом обрастала роговым образованием, крепким, как кость» (С. Мафедзев)

Большое значение придавалось на постановку и длину так называемого «лъэIэгъуэ» (расстояние между сесамовидной костью путового сустава и копытом). Чем прямее, то есть вертикальнее по отношению к земле «лъэIэгъуэ» (но не прямо перпендикулярно — это ухудшало амортизирующие свойства ног, что делало лошадь тряской), чем оно длинее, тем более годен конь.

Кроме того: пах должен был быть узким, икры крутыми, на тыльной стороне ног в области путового сустава должно было быть как можно меньше волос, но самое главное — при движении лошадь задними ногами должна перешагивать след передних. Иноходь черкесами ценилась, хотя встречалась редко.

Наибольшим почтением среди адыгов пользовалась боевая порода кабардинских лошадей — шагди (кабард.-черк. Шэгъдий). Данная порода хорошо приспособлена к горной и равнинной местности, может преодолевать большие расстояния, отлично прыгает и идёт по спуску, не боится перепадов температур и смены климата в горах. В силу особенностей местности, в которой шагди разводилась, она получила крепкое здоровье, стала выносливой и сильной лошадью. Лошади этой кабардинской породы могут везти груз в 150 кг и проходить 100 км каждый день.

Традиционные предпочтения по масти[ | код]

Традиционные предпочтения адыгов по масти:

  • Гнедые (пцIэгъуэплъ). Из всех конских мастей самая предпочтительная среди черкесов. Считались хороши и днем и ночью.
  • Серые (пщIэгъуалэ). Считалось что копыта у них немного слабее.
  • Вороные (фIыцIэ). Считалось что сильны ночью, а днем так себе.
  • Рыжие (шыгъуэ), с белым пятном на лбу до самого носа. Не могут скакать против Солнца.
  • Пёстрые (къуэлэн). На них не ездили вообще, скорее всего из эстетических предпочтений черкесов, отвергавших все пестрое: «Дурак любит пестрое» (Кабардинская поговорка).

Лошади черкесов делились на:

  • Походных (зекIуэш). Только мерины не моложе 9 лет.
  • Скаковых (шыгъажэш).

Считалось предосудительным ездить на кобылах или жеребцах. «Черкесы холостят жеребцов, не смея употреблять их в скрытые поиски, могущие от ржания их быть оглашены, но холостят лошадей и никогда не ездят на жеребцах; приучают меринов, чтобы они были сторожки» (С. Броневский).

Использование[ | код]

Эта порода идеальна не только для пограничников, любительской верховой езды и конного туризма, особенно в горах. Поразительная выносливость животных этой породы делает их лидерами в пробеге и троеборье профессионального конного спорта. Их набор генов делает их пригодными для селекционной работы и улучшения других пород лошадей. Но, поскольку «кабардинцам» не хватает скорости и прыгучести на коротких дистанциях, обычно они вообще не пригодны к большинству других (кроме пробега и троеборья) видов конного спорта на профессиональном уровне. Значительно лучше выступают пригодные ко всем видам конного спорта так называемые «англо-кабардинцы», полученные после Второй мировой войны путём смешивания кабардинской породы с чистокровной английской верховой лошадью. Но они порой рассматриваются не как разновидность кабардинской породы, а как отдельная порода.[8]

Кабардинская порода отличается хорошей работоспособностью. Во время Великой Отечественной Войны большое поголовье лошадей этой породы совершило путь от Сталинграда до Альп, проявив выносливость, стойкость и силу. В 1946 году на Московском ипподроме провели испытания лошадей отечественных пород на 250 км, причём последние 2 км нужно было пройти резвым галопом. Первое место в этих испытаниях занял жеребец кабардинской породы Али-Кадым, который прошёл всю дистанцию за 25 часов. Кобыла Аза прошла 100 км за 4 ч. 25 мин. Поэтому в наше время кабардинская порода успешно используется в конных пробегах на длинные дистанции. Кроме того, это лошадь отлична для горного туризма и любительской верховой езды. Но по резвости при испытаниях в гладких скачках на удлинённые дистанции, лошади кабардинской породы уступают животным большинства отечественных пород.

Заметки некоторых путешественников и исследователей[ | код]

«Я никогда не видел, чтобы черкес приласкал своего ребенка, зато лошадь он готов целовать и гладить; они заботятся о зимних запасах корма лошадей не меньшей степени, чем для своих семей.» (Д. Лонгворт)

«Черкес, какого бы он звания ни был, скорее сам согласится быть голодным, чем лошадь свою допустит до этого. Сами князья собственными руками нередко обчищают копыта своих лошадей и моют их гривы мылом и куриными яйцами, хотя бы их окружала толпа слуг.» (Хан-Гирей)

«Ничего не может быть более простым, чем их метод объезжания лошадей: черкес сначала доставал лассо, что является само по себе искусством необычной опасности, так как покинутое стадо бродит полудико по лесам. Черкес затем начинает завязывать её шею недоуздком, столь плотно, что почти кажется душит её: в этом состоянии он тащил лошадь до тех пор, пока она не изнурится, или во всяком случае, до тех пор, пока не посчитает её до конца покоренной; после объезжания верхом в течение некоторого времени лошадь становится уже через несколько дней столь послушной и привязанной к своему хозяину, как спаниэль.

Возможно, ни в одной стране в мире с лошадью не обращаются лучше, чем здесь; нет другого народа, который понимал бы лучше, как управлять ею. Великий секрет, кажется, в доброте; её никогда не бьют; следовательно, её дух остается несломленным и привязанность к своему хозяину неослабной…Я часто видел её лежащей у ног своего хозяина, когда в засаде, в совершенном покое или при покорении, она без всякого сопротивления позволяет приспосабливать свою голову как опору для винтовки.» (Э. Спенсер)[9]

«Шпор черкесы не знают и погоняют лошадь тоненькою плетью, имеющею на конце кусок кожи в виде лопаточки для того, чтобы не делать боли лошади, а пугать её хлопаньем, так как, по мнению черкесов, боль причиняемая лошади шпорами или тяжелою ногайкой, употребялемою калмыками и донскими казаками, утомляет её совершенно без нужды.» (Ф. Торнау)[10]

«Хорошо выдержанный конь черкеса был отлично выезжен и повиновался уздечке в совершенстве. Он не боялся ни огня, ни воды. Черкесские наездники шпор не употребляли, но погоняли лошадь тонкой плетью, с привязанным на конце её плоским концом кожи, для того чтобы при ударе не причинять лошади боль, а только понукать её хлопками плетки. Без треноги ни один черкес не выезжал из дому. Седло черкеса было легко и покойно, не портило лошадь и тогда, когда по целым неделям оставалось на её спине.» (Н. Дубровин)[11]

«Казаки и черкесы, в длиннополых черкесках с патронами на груди, обутые в суконные ноговицы и красные сафьянные чевяки, в лохматых бараньих шапках, с винтовкой в бурочном чехле, перекинутою за спину через правое плечо, при шашке и широком кинжале, скакали на неказистых, но крепких, неутомимых лошадях кабардинской породы. Маленькое черкесское седло и легкая тонкоременная уздечка видимо была приспособлены к дальнему походу, к жизни на коне. Не порывист их налет, но стойко встречают они противника, метко бьют из винтовки и рубят шашкой на убой. Лошади приезжены к покойному ходу, к быстрым поворотам, но не к прыжкам и дыбкам, только мешающим упорной, хладнокровной драке.» (Ф. Торнау)[12]

«Будучи прирожденными наездниками, черкесы обращали особое внимание на развитие у себя коневодства. Черкесская порода лошадей, известная у нас под именем кабардинской, представляла благородную смесь арабской и персидской крови. Она отличалась необыкновенной легкостью в скачке, выносливостью, добронравием и смелостью; впрочем, последнее качество было не столько врожденное, сколько составляло результат её отличной выездки. Черкес в седле не спускал рукавов и не оставлял нагайки без дела ни на одну минуту, но зато, как скоро вынул ногу из стремени, он делался рабом и нянькой своего усталого скакуна. После арабов никто не школил лошадей так жестоко и вместе не ухаживал за ними с такой заботливостью и нежностью, как черкесы. У лучших рубак на Кавказе, шапсугов, развитием смелости в коне занимались столько же, как и развитием ловкости в самом наезднике. В числе других видов джигитовки там был такой, в котором конь приучался толкать грудью супротивного коня, чтобы сбить его вбок и доставить седоку профиль противника.» (В. Потто)[13]

«Для набегов горцы подготовляли своих лошадей, как для призовой скачки, переставали их кормить сеном, гоняли под попонами, купали по несколько раз в день. На приготовленных таким образом лошадях они пробегали потом неимоверные расстояния…Сев на лошадей в десять часов утра, мы проехали, не оставляя седла, весь день и всю ночь…В четвертом часу утра мы были на месте, сделав в восемнадцать часов не менее ста шестидесяти верст; последние два или три часа мы скакали во весь опор, причем были принуждены силой удерживать лошадей, рвавшихся одна перед другою, несмотря на целый день езды без корма. Подобную силу и неутомимость можно найти только у добрых черкесских лошадей. На месте их выводили как следует, выдержали несколько часов без корму, и через пятеро суток они шли под нами так же бодро, как будто никогда не делали подобного перехода.» (Ф. Торнау)[14]

«Лошадь, это другое „я“ абаза, средней величины, сильна и вынослива, хотя и не красива. Достойно внимания твердое копыто лошади; так как железо там — очень редкая вещь, то лошади не подковываются, но, несмотря на это, выдерживают длинные и быстрые переходы без повреждения копыт…Когда адыг после долгой поездки приезжает домой или на ночевку, то он оставляет лошадь на несколько часов стоять под седлом, прежде чем даст ей сена. Скребница и щетка неизвестны, лошадь моют и летом и зимой. Корм состоит из овса или ячменя, но большей частью её кормят кукурузой. Кроме сена кормом служит также просяная солома…Лошади с раннего возраста подготавливаются к военной службе, для этого проводятся примерные сражения, их заставляют привыкать к ружейному огню и приучают повиноваться голосу своего хозяина, так что часто бывает удивительно, как быстро многочисленный отряд находит своих в беспорядке пасущихся лошадей и сидит уже на них, готовый к сражению.» (Т. Лапинский)[15]

Марки[ | код]

  • Кабардинская лошадь на почтовой марке СССР (1982 год)

  • Кабардинская лошадь на почтовой марке СССР (1988 год)

  • Кабардинская лошадь на почтовой марке Азербайджана (1993 год)

Примечания[ | код]

Литература[ | код]

  • Кабардинская лошадь — статья из Большой советской энциклопедии. 
  • Камбегов Б. Д., Балакшин О. А., Хотов В. Х. «Лошади России». Полная энциклопедия. «РИЦ МДК». М., 2002 год.

Ссылки[ | код]

ru.wikibedia.ru

Кабардинская лошадь — WiKi

История

История адыгского народа теснейшим образом связана с историей создания, использования и совершенствования кабардинской породы лошадей, получившей широкую известность далеко за пределами Кавказа. Она сформировалась в условиях содержания круглый год в табуне. Летом — на открытых горных пастбищах, а зимой её содержали в предгорьях и на равнинах, лишь подкармливая сеном и зерном. Кабардинская порода лошадей издавна высоко ценилась как боевая порода. Они способны проходить огромные расстояния, при этом их никогда не подковывали, и они даже в большом числе не могли выдать передвижение войск стуком подков. Эти войска из всадников и коней крепче гвоздей, не могли потерпеть поражение из-за некачественных гвоздей для крепления подков, так как в них не нуждались. Войска передвигались или находились в засаде на меринах, не выдававших своё расположение даже ржанием. Без подков, воды, корма кони могли преодолеть даже двести километров. И после продолжительного путешествия лошадям не давали корма сразу: прежде она стояла некоторое время у кормушки, и только потом получала ячмень и овес. Но чаще всего лошадь кормили просяной соломой, а со второй половины XIX века также и кукурузой.[3]

Стоит отметить, что с исторической точки зрения данная порода является общеадыгской (черкесской). С кабард.-черк. «адыгэш» переводится как «адыгская лошадь». Кабардинской данная порода русскими стала называться не только из-за того, что из всех черкесских земель именно в Кабарде коневодство достигло наибольшего развития. Дело в том, что самоназвание черкесов - адыги - русскими тогда не использовалось, а черкесской (или точнее, до XIX века особенно, - черкасской) породой лошадей также называлась совсем другая порода, выведенная на Украине, ставшая в XVIII веке основной для комплектования и ремонта русских легкоконных полков (казачьих, драгунских, собственно легкоконных, уланских, гусарских). Она постепенно потеряла своё значение в XIX веке (например, в пользу выведенной на заводах Платова новой донской породы, черноморской породы и других, хотя Отечественную войну 1812 года выиграла ещё, в основном, черкасская порода) и исчезла к середине XX века. Лошади этой породы были ниже ростом. Их надо было подковывать. При скрещивании лошадей этой черкасской породы, приведенных на Кавказ черноморскими казаками, с лошадьми адыгов (кабардинской породы) образовалась черноморская порода лошадей. Её держали не только черноморские, но и линейные и донские казаки, а также разбиравшиеся в конях иногородние. Именно содержавшиеся на Дону черноморские лошади были использованы для выведения будённовской породы, унаследовавшей многие свойства кабардинской породы[4]. Кабардинская порода ценилась как боевая порода не только для атаки лавой или строем, как вышеописанная черкасская лошадь с Украины, но и для рассыпного боя и поединков. Качества выработанные у кабардинской лошади, были обусловлены потребностью адыгов в верховом боевом коне. Сочетание таких качеств, как высокая резвость и потрясающая выносливость, необыкновенная смелость и осторожность при езде по горным тропам делали эту лошадь идеальной для дальних походов и скоротечных набегов.

Иосафат Барбаро, посетивший земли адыгов во второй половине XV века, сообщает не только о том что жизнь адыга была целиком связана с конём, но и о многих разновидностях породы. Наибольшее распространение имели следующие разновидности кабардинской (в его время только адыгской) породы коней: шоолох, бечкан, куденет, крымшокал, жерешти, абук, хагундоко, шеджароко, ачатыр, трам и шагди. Самыми распространенными и знаменитыми разновидностями были тогда шоолох и бечкан. Первый был особенно хорош как скакун, а бечкана адыги использовали для продолжительных переходов и состязаний. Наиболее красивый экстерьер имела порода жерешти, которую обычно аталык (тот, кто замещал отца — адыги, особенно знатные, и по их примеру затем и грузины — например, в приёмной семье самого бедного крестьянина его родителей воспитывался князь И. Г. Чавчавадзе — отдавали детей в приёмные семьи, чтобы дети не росли в роскоши и праздности, и став князьями, понимали простых людей и заботились не только о приёмных родителях, но и о простых людях вообще) дарил (обычно за счёт родных родителей, но иногда сыновьями обменивались богатые знатные семьи — тогда коня приёмные родители покупали за свои деньги) воспитаннику (пуру), когда он возвращался в дом родителей. Жерешты уступали в выносливости шоолоху, крымшокалу и кундету. Все эти разновидности выращивались в ущерб боевому коню — шагди, вследствие относительно мирного времени.[5]

По утверждению Ю. Н. Барминцева (1972), кабардинская порода произошла в результате смешения многих пород, в основном, степных лошадей, карабахской лошади и пород южного корня — персидской, арабской и туркменской (ахалтекинской). Но другие специалисты утверждают, что горянки адыгов ещё в древности сами в результате тщательной селекции вывели эту породу. Консенсус среди специалистов достигнут только в том, что после начала интенсивной исламизации адыгов во второй половине XV века, адыги-хаджи начали привозить арабских лошадей и смешивали их с кабардинскими. Но вместе с тем, с древности лошадь у адыгов — это второе «я» человека. У них слова «конь» и «брат» звучат созвучно — «шы», а если они хотят спросить о внешности человека, то говорили «какой вид коня-всадника?». Являясь древним оседлым народом, адыги были вынуждены оказывать сопротивление кочевникам. Поэтому лошадь, прежде всего, нужна была как боевой конь ещё в древности[6].

С 1870 года в селе Приречное действует Малкинский конный завод этой породы, который напрямую поставлял лошадей в царские войска, а позже в Красную Армию. Во Время Великой Отечественной войны часть коней погибла на фронте, а часть была расхищена оккупировавшими Кабардино-Балкарию гитлеровцами. Для восстановления породы после войны были использованы, кроме адыгских лошадей Западного Кавказа, также и лошади английской породы. Но порой эту восстановленную породу считают не разновидностью кабардинской породы, а новой "англо-кабардинской породой". В настоящее время делается попытка восстановить кабардинскую (адыгскую) породу такой, какой она была примерно в X веке[7].

Общие характеристики

Она отлично приспособлена как для равнин, так и для высокогорья, поскольку её отличает способность сохранять равновесие при передвижении по скользким и скалистым тропам, преодолевать крутые спуски и подъемы, безболезненно переносить резкие колебания температуры и давления воздуха.. Развитая физическая сила и выносливость позволяют ей хорошо себя чувствовать в условиях высокогорья, и при весе груза в 150 кг проходить по 100 км в день.

Лошадь кабардинской породы характеризуется «удачным» физическим сложением: хорошо развит корпус, шея длинная, мускулистая, широкая грудь; голова небольшая, сухая, профиль с горбинкой; спина прямая и короткая, круп свислый и относительно широкий; ноги сухие с хорошей формой копыт, которые отличаются твердостью, воспитанной на твердой целине и камнях горных пастбищ. Характерной особенностью породы являются саблистые задние ноги и в несколько меньшей мере х-образность.

Лошади кабардинской породы отличаются крепкой конституцией, высокой резистентностью к заболеваниям, плодовитостью, хорошей способностью быстро восстанавливать упитанность и сохранять её зимой при табунном содержании. Племенных кобыл используют до 19 — 20 лет, однако нередко от них получают жеребят и в более старшем возрасте. В то же время кабардинские лошади в отличие от других пород более позднеспелые. По данным племенных хозяйств Кабардино-Балкарии, выход жеребят в породе составляет 83-85 %.

У типичных представителей породы крепкая конституция, небольшая голова, профиль с горбинкой, средней длины мускулистая шея, крепкая прямая спина, широкая и глубокая грудная клетка, немного спущенный круп. Конечности тонкие, но крепкие, с необыкновенно прочными и цепкими копытами. Задние ноги часто саблистые. Кабардинская лошадь самая крупная из горских пород, высота в холке 152—157 см. Промеры лучших кабардинских лошадей, записанных в V том ГПК кабардинской и карачаевской пород (издан в 1993 году) составляет у жеребцов колхозов и совхозов 155,1-183,4-19,9 см; у кобыл соответственно 151,6-178,1-18,7 см. Лошади, выращенные в конных заводах, соответственно, ещё крупнее, массивнее и костистее. Масть в основном гнедая, вороная или караковая.

Под влиянием различных условий разведения, использования и содержания, в породе выделяют три внутрипородных типа: восточный, основной (характерный) и густой (массивный).

Лошади восточного типа имеют особенности, свойственные верховым лошадям. Лошади основного типа — ярко выраженные горные верховые, сухой конституции. Лошади массивного типа имеют удлинённый массивный корпус, развитый костяк и густые формы, свойственные легкоупряжным породам.

  Фотография рубежа XIX / XX вв, изображающая двух кабардинцев с конём кабардинской (черкесской) породы (адыгэш) в старинной экипировке кабардинских аристократов.

Некоторые физиологические стандарты

Отличительной чертой кабардинских лошадей были крепкие ноги и особая форма копыт «стаканчиком». «У таких лошадей мышечная часть подошвы залегала глубоко, как бы на дне перевернутого стакана, и она почти кругом обрастала роговым образованием, крепким, как кость» (С. Мафедзев)

Большое значение придавалось на постановку и длину так называемого «лъэIэгъуэ» (расстояние между сесамовидной костью путового сустава и копытом). Чем прямее, то есть вертикальнее по отношению к земле «лъэIэгъуэ» (но не прямо перпендикулярно — это ухудшало амортизирующие свойства ног, что делало лошадь тряской), чем оно длинее, тем более годен конь.

Кроме того: пах должен был быть узким, икры крутыми, на тыльной стороне ног в области путового сустава должно было быть как можно меньше волос, но самое главное — при движении лошадь задними ногами должна перешагивать след передних. Иноходь черкесами ценилась, хотя встречалась редко.

Наибольшим почтением среди адыгов пользовалась боевая порода кабардинских лошадей — шагди (кабард.-черк. Шэгъдий). Данная порода хорошо приспособлена к горной и равнинной местности, может преодолевать большие расстояния, отлично прыгает и идёт по спуску, не боится перепадов температур и смены климата в горах. В силу особенностей местности, в которой шагди разводилась, она получила крепкое здоровье, стала выносливой и сильной лошадью. Лошади этой кабардинской породы могут везти груз в 150 кг и проходить 100 км каждый день.

Традиционные предпочтения по масти

Традиционные предпочтения адыгов по масти:

  • Гнедые (пцIэгъуэплъ). Из всех конских мастей самая предпочтительная среди черкесов. Считались хороши и днем и ночью.
  • Серые (пщIэгъуалэ). Считалось что копыта у них немного слабее.
  • Вороные (фIыцIэ). Считалось что сильны ночью, а днем так себе.
  • Рыжие (шыгъуэ), с белым пятном на лбу до самого носа. Не могут скакать против Солнца.
  • Пёстрые (къуэлэн). На них не ездили вообще, скорее всего из эстетических предпочтений черкесов, отвергавших все пестрое: «Дурак любит пестрое» (Кабардинская поговорка).

Лошади черкесов делились на:

  • Походных (зекIуэш). Только мерины не моложе 9 лет.
  • Скаковых (шыгъажэш).

Считалось предосудительным ездить на кобылах или жеребцах. «Черкесы холостят жеребцов, не смея употреблять их в скрытые поиски, могущие от ржания их быть оглашены, но холостят лошадей и никогда не ездят на жеребцах; приучают меринов, чтобы они были сторожки» (С. Броневский).

Использование

Эта порода идеальна не только для пограничников, любительской верховой езды и конного туризма, особенно в горах. Поразительная выносливость животных этой породы делает их лидерами в пробеге и троеборье профессионального конного спорта. Их набор генов делает их пригодными для селекционной работы и улучшения других пород лошадей. Но, поскольку «кабардинцам» не хватает скорости и прыгучести на коротких дистанциях, обычно они вообще не пригодны к большинству других (кроме пробега и троеборья) видов конного спорта на профессиональном уровне. Значительно лучше выступают пригодные ко всем видам конного спорта так называемые «англо-кабардинцы», полученные после Второй мировой войны путём смешивания кабардинской породы с чистокровной английской верховой лошадью. Но они порой рассматриваются не как разновидность кабардинской породы, а как отдельная порода.[8]

Кабардинская порода отличается хорошей работоспособностью. Во время Великой Отечественной Войны большое поголовье лошадей этой породы совершило путь от Сталинграда до Альп, проявив выносливость, стойкость и силу. В 1946 году на Московском ипподроме провели испытания лошадей отечественных пород на 250 км, причём последние 2 км нужно было пройти резвым галопом. Первое место в этих испытаниях занял жеребец кабардинской породы Али-Кадым, который прошёл всю дистанцию за 25 часов. Кобыла Аза прошла 100 км за 4 ч. 25 мин. Поэтому в наше время кабардинская порода успешно используется в конных пробегах на длинные дистанции. Кроме того, это лошадь отлична для горного туризма и любительской верховой езды. Но по резвости при испытаниях в гладких скачках на удлинённые дистанции, лошади кабардинской породы уступают животным большинства отечественных пород.

Заметки некоторых путешественников и исследователей

«Я никогда не видел, чтобы черкес приласкал своего ребенка, зато лошадь он готов целовать и гладить; они заботятся о зимних запасах корма лошадей не меньшей степени, чем для своих семей.» (Д. Лонгворт)

«Черкес, какого бы он звания ни был, скорее сам согласится быть голодным, чем лошадь свою допустит до этого. Сами князья собственными руками нередко обчищают копыта своих лошадей и моют их гривы мылом и куриными яйцами, хотя бы их окружала толпа слуг.» (Хан-Гирей)

«Ничего не может быть более простым, чем их метод объезжания лошадей: черкес сначала доставал лассо, что является само по себе искусством необычной опасности, так как покинутое стадо бродит полудико по лесам. Черкес затем начинает завязывать её шею недоуздком, столь плотно, что почти кажется душит её: в этом состоянии он тащил лошадь до тех пор, пока она не изнурится, или во всяком случае, до тех пор, пока не посчитает её до конца покоренной; после объезжания верхом в течение некоторого времени лошадь становится уже через несколько дней столь послушной и привязанной к своему хозяину, как спаниэль.

Возможно, ни в одной стране в мире с лошадью не обращаются лучше, чем здесь; нет другого народа, который понимал бы лучше, как управлять ею. Великий секрет, кажется, в доброте; её никогда не бьют; следовательно, её дух остается несломленным и привязанность к своему хозяину неослабной…Я часто видел её лежащей у ног своего хозяина, когда в засаде, в совершенном покое или при покорении, она без всякого сопротивления позволяет приспосабливать свою голову как опору для винтовки.» (Э. Спенсер)[9]

«Шпор черкесы не знают и погоняют лошадь тоненькою плетью, имеющею на конце кусок кожи в виде лопаточки для того, чтобы не делать боли лошади, а пугать её хлопаньем, так как, по мнению черкесов, боль причиняемая лошади шпорами или тяжелою ногайкой, употребялемою калмыками и донскими казаками, утомляет её совершенно без нужды.» (Ф. Торнау)[10]

«Хорошо выдержанный конь черкеса был отлично выезжен и повиновался уздечке в совершенстве. Он не боялся ни огня, ни воды. Черкесские наездники шпор не употребляли, но погоняли лошадь тонкой плетью, с привязанным на конце её плоским концом кожи, для того чтобы при ударе не причинять лошади боль, а только понукать её хлопками плетки. Без треноги ни один черкес не выезжал из дому. Седло черкеса было легко и покойно, не портило лошадь и тогда, когда по целым неделям оставалось на её спине.» (Н. Дубровин)[11]

«Казаки и черкесы, в длиннополых черкесках с патронами на груди, обутые в суконные ноговицы и красные сафьянные чевяки, в лохматых бараньих шапках, с винтовкой в бурочном чехле, перекинутою за спину через правое плечо, при шашке и широком кинжале, скакали на неказистых, но крепких, неутомимых лошадях кабардинской породы. Маленькое черкесское седло и легкая тонкоременная уздечка видимо была приспособлены к дальнему походу, к жизни на коне. Не порывист их налет, но стойко встречают они противника, метко бьют из винтовки и рубят шашкой на убой. Лошади приезжены к покойному ходу, к быстрым поворотам, но не к прыжкам и дыбкам, только мешающим упорной, хладнокровной драке.» (Ф. Торнау)[12]

«Будучи прирожденными наездниками, черкесы обращали особое внимание на развитие у себя коневодства. Черкесская порода лошадей, известная у нас под именем кабардинской, представляла благородную смесь арабской и персидской крови. Она отличалась необыкновенной легкостью в скачке, выносливостью, добронравием и смелостью; впрочем, последнее качество было не столько врожденное, сколько составляло результат её отличной выездки. Черкес в седле не спускал рукавов и не оставлял нагайки без дела ни на одну минуту, но зато, как скоро вынул ногу из стремени, он делался рабом и нянькой своего усталого скакуна. После арабов никто не школил лошадей так жестоко и вместе не ухаживал за ними с такой заботливостью и нежностью, как черкесы. У лучших рубак на Кавказе, шапсугов, развитием смелости в коне занимались столько же, как и развитием ловкости в самом наезднике. В числе других видов джигитовки там был такой, в котором конь приучался толкать грудью супротивного коня, чтобы сбить его вбок и доставить седоку профиль противника.» (В. Потто)[13]

«Для набегов горцы подготовляли своих лошадей, как для призовой скачки, переставали их кормить сеном, гоняли под попонами, купали по несколько раз в день. На приготовленных таким образом лошадях они пробегали потом неимоверные расстояния…Сев на лошадей в десять часов утра, мы проехали, не оставляя седла, весь день и всю ночь…В четвертом часу утра мы были на месте, сделав в восемнадцать часов не менее ста шестидесяти верст; последние два или три часа мы скакали во весь опор, причем были принуждены силой удерживать лошадей, рвавшихся одна перед другою, несмотря на целый день езды без корма. Подобную силу и неутомимость можно найти только у добрых черкесских лошадей. На месте их выводили как следует, выдержали несколько часов без корму, и через пятеро суток они шли под нами так же бодро, как будто никогда не делали подобного перехода.» (Ф. Торнау)[14]

«Лошадь, это другое „я“ абаза, средней величины, сильна и вынослива, хотя и не красива. Достойно внимания твердое копыто лошади; так как железо там — очень редкая вещь, то лошади не подковываются, но, несмотря на это, выдерживают длинные и быстрые переходы без повреждения копыт…Когда адыг после долгой поездки приезжает домой или на ночевку, то он оставляет лошадь на несколько часов стоять под седлом, прежде чем даст ей сена. Скребница и щетка неизвестны, лошадь моют и летом и зимой. Корм состоит из овса или ячменя, но большей частью её кормят кукурузой. Кроме сена кормом служит также просяная солома…Лошади с раннего возраста подготавливаются к военной службе, для этого проводятся примерные сражения, их заставляют привыкать к ружейному огню и приучают повиноваться голосу своего хозяина, так что часто бывает удивительно, как быстро многочисленный отряд находит своих в беспорядке пасущихся лошадей и сидит уже на них, готовый к сражению.» (Т. Лапинский)[15]

Марки

  • Кабардинская лошадь на почтовой марке СССР (1982 год)

  • Кабардинская лошадь на почтовой марке СССР (1988 год)

  • Кабардинская лошадь на почтовой марке Азербайджана (1993 год)

Примечания

Литература

  • Кабардинская лошадь — статья из Большой советской энциклопедии. 
  • Камбегов Б. Д., Балакшин О. А., Хотов В. Х. «Лошади России». Полная энциклопедия. «РИЦ МДК». М., 2002 год.

Ссылки

ru-wiki.org

Кабардинская порода лошадей скачки | mirloshadey.bitballoon.com

Из множества животных, которых человеку удалось приручить и одомашнить, лошадь с давних пор занимала особое место. Ее использовали не только в качестве транспортного средства. Это умное животное с давних пор стало одним из лучших компаньонов человека.

Предки современных лошадей жили практически по всему земному шару, в разных климатических условиях, с различным рельефом. Сегодня предметом изучения в нашей статье станет кабардинская порода лошадей. Она одна из старейших в мире. Кабардинская порода лошадей (ее обзор) включена во все современные справочники по коневодству.

Из истории породы

Кавказ всегда отличался значительными перепадами высот, между межгорными котловинами, долинами и высокими хребтами. В этих условиях создавалась уникальная порода лошадей, которая сегодня известна как кабардинская. Горцам, требовалась особая лошадь, на которой можно было подняться в горы или без труда преодолеть значительные расстояния.

Аборигенные равнинные породы полностью не отвечали этим требованиям, и со временем здесь стала формироваться новая, полученная в результате облагораживания местных животных, которых скрещивали с представителями иных пород, преимущественно привезенными из других стран.

Кабардинская порода лошадей является результатом многовековой «народной» селекции. Степных скакунов скрещивали с арабскими, персидскими, карабахскими и другими восточными экземплярами. Кабардинская (черкесская) порода лошадей с исторической точки зрения является общеадыгейской. Слово адыгэш можно перевести как «адыгская лошадь». Свое нынешнее название она получила в связи с тем, что из черкесских земель только в Кабарде коневодство достигло наивысшего развития.

Характерные для этого животного качества были определены потребностью наездников в верховом коне. Высокая резвость и удивительная выносливость, смелость и вместе с тем осторожность во время езды по горным тропам, сделали это животное идеальным для молниеносных набегов и дальних походов.

Кабардинская порода лошадей формировалась при круглогодичном содержании в табуне. Летом это были горные пастбища. Зимой лошадь переводили в предгорья и на равнины, подкармливая в это время зерном и сеном.

Кабардинская порода лошадей: характеристика

Это сильное и выносливое животное одинаково комфортно себя чувствует и в условиях равнины, и в высокогорьях. Она удивительно легко переносит перепады температур и атмосферного давления. Пробираясь среди крутых подъемов, горных спусков, скалистых уступов и троп, эти животные легко сохраняют равновесие.

Природная выносливость, а также недюжинная физическая сила позволяют груженому табуну за день преодолеть расстояние до ста километров. Кабардинская порода лошадей отличается крепкой конституцией, устойчивостью ко многим заболеваниям и высокой плодовитостью. Интересно, что для разведения в хозяйствах племенных лошадей этой породы используют до 19-20 лет. Хотя нередки случаи, когда и в более зрелом возрасте у них рождаются крепкие и здоровые жеребята.

О крепости данной породы свидетельствуют убедительные победы в пробегах, которые могут длиться неделями. Кабардинская порода лошадей, описание экстерьера которой мы представим ниже, при содержании в домашнем подворье очень быстро привыкает к своему хозяину, легко дрессируется (нередко они используются в цирковых номерах).

От матерей жеребят отнимают осенью и растят их на выгуле во дворах группами, подкармливая малышей сеном и концентрированными кормами. В дневное время их выпускают на пастбища. С лучшими особями в двухлетнем возрасте начинают проводить тренировки, если в дальнейшем планируется использовать их на скачках.

Удивительно энергично движется кабардинская лошадь. Ей нипочем горное бездорожье. Шаг у этих скакунов очень ровный, без рывков, а галоп и рысь мерные. При перегонке табунов или поездке верхом «кабардинцы» легко и уверенно идут по глубокому снегу, вброд пересекают реки. Их не смущают сложные погодные условия.

Есть еще одно удивительное качество, которым обладает кабардинская лошадь. Верхово-упряжная лошадь данной породы обладает необычной интуицией, которая позволяет ей чувствовать маршрут. Это качество позволяет перегонять табуны по ночам и в густом тумане.

Специалисты считают, что «кабардинцы» очень гармонично сложены. Эти скакуны обладают немного удлиненным и отлично развитым корпусом. Голова животных маленькая, сухая. Шея - крепкая, мускулистая и длинная. Грудь довольно широкая. Профиль имеет характерную горбинку. Круп свислый и широкий, спина прямая и короткая.

На конных заводах особей отбирают самых крупных. В таких хозяйствах самцы имеют рост 160 см, обхват груди – около 190 см, а обхват пясти не менее 20 см. Кобылы немного мельче: 155, 185 и 19 сантиметров соответственно. Вес взрослого животного - около четырехсот килограммов. Копыта характеризуются повышенной твердостью, что в некоторых случаях позволяет обходиться без подков.

Самые распространенные в данной породе масти темные - вороная (черная), гнедая (коричневая), темно-гнедая, а также караковая (черная с рыжеватыми подпалинами) Белые пятна на ногах и голове, как и прочие окрасы, для кабардинской породы не характерны – если они имеют место, значит, перед вами не чистокровная «кабардинка».

Разновидности

К сожалению, в последние годы наблюдается значительное снижение поголовья кабардинских лошадей. Это во многом объясняется их недостаточной резвостью на ипподромах. Новая группа этой породы была выведена в ходе скрещивания кабардинских особей с чистокровными верховыми. Группа англо-кабардинских лошадей со временем была выделена в англо-кабардинскую породу, официально утвержденную в 1966 году.

Англо-кабардинская порода лошадей сочетает в себе лучшие качества использованных исходных пород и отличается специфическим видом. От чистокровной породы они получили высокую резвость. А от «кабардинцев» - выносливость, прочный и твердый роговой слой копыт, неприхотливость.

В течение многих веков эти животные использовались в качестве боевых коней, следовательно, от них требовалось умение принимать участие в бою наравне с хозяином, бесстрашие, умение пробираться по узким горным карнизам. Именно по этой причине в породе сформировался уравновешенный и доброжелательный характер.

Тем не менее новичкам, не имеющим большого опыта общения с этими лошадьми, данную породу выбирать не следует – животные иногда могут проявлять характер, быть излишне «строгими», не слушать неопытного наездника, и даже неповиноваться ему. В редких случаях они могут скинуть или укусить, если посчитают нужным.

Использование

Кабардинская порода используется под седлом, для перевозки грузов, а также для работы в упряжи. Эти животные подходят для конных пробегов и переходов, особенно по пересеченной местности на длинные расстояния. Кабардинская лошадь может быть использована в любительском спорте – конкуре или скачках. Однако для профессионального спорта она не очень подходит – показатели резкости значительно уступают другим скакунам.

Интересные факты

Животных, которые способны спать стоя, не так уж много. Лошадь относится к их числу. Достаточно всего трех часов сна, чтобы «кабардинка» чувствовала себя бодро. Днем, если не выполняют какую-то работу, они дремлют. Глубокий сон этих животных длится всего пять минут.

Интересные факты о кабардинской породе лошадей горцы передают из поколения в поколение. Не всем известно, что у черкесов "брат" и "конь" звучат одинаково. На Кавказе лошадей воспитывают с огромной любовью. Этих животных не только никогда не бьют, но на них не повышают голоса. Более того, наездник никогда не использует шпоры. Для верховой езды используют только меринов. Данная порода широко используется для экскурсионных прогулок в горах.

Общение с лошадьми

mirloshadey.netlify.com

Кабардинская порода лошадей — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Кабардинская порода лошадей (кабард.-черк. адыгэш) — одна из старейших пород верхово-упряжного типа. Вошла во все мировые справочники по коневодству.

История

История адыгского народа теснейшим образом связана с историей создания, использования и совершенствования лошадей кабардинской породы, получившей широкую известность далеко за пределами Кавказа. Стоит отметить, что с исторической точки зрения, данная порода является обще адыгской (черкесской). С кабард.-черк. "адыгэш" переводится как «адыгская лошадь». Кабардинской данная порода стала называться из-за того, что из всех черкесских земель именно в Кабарде коневодство достигло наибольшего развития. Кабардинская порода лошадей издавна высоко ценилась как боевая порода. Качества, выработанные у кабардинской лошади, были обусловлены потребностью черкесов в верховом, боевом коне. Сочетание таких качеств как высокая резвость и потрясающая выносливость, необыкновенная смелость и осторожность при езде по горным тропам делали эту лошадь идеальной для дальних походов и скоротечных набегов.

Кабардинская порода сформировалась в условиях содержания круглый год в табуне. Летом — на горных пастбищах. Зимой её содержали в предгорьях и на равнинах, лишь подкармливая сеном и зерном. По утверждению Ю.Н. Барминцева (1972) кабардинская порода произошла в результате смешения многих пород, в основном лошадей степных кочевников и пород южного корня - персидской, туркменской, арабской.

Общие характеристики

Она отлично приспособлена как для равнин, так и для высокогорья, поскольку её отличает способность сохранять равновесие при передвижении по скользким и скалистым тропам, преодолевать крутые спуски и подъемы, безболезненно переносить резкие колебания температуры и давления воздуха.. Развитая физическая сила и выносливость позволяют ей хорошо себя чувствовать в условиях высокогорья, и при весе груза в 150 кг проходить по 100 км в день.

Лошадь кабардинской породы характеризуется "удачным" физическим сложением: хорошо развит корпус, шея длинная, мускулистая, широкая грудь; голова небольшая, сухая, профиль с горбинкой; спина прямая и короткая, круп свислый и относительно широкий; ноги сухие с хорошей формой копыт, которые отличаются твердостью, воспитанной на твердой целине и камнях горных пастбищ. Характерной особенностью породы являются саблистые задние ноги и в несколько меньшей мере х-образность.

Лошади кабардинской породы отличаются крепкой конституцией, высокой резистентностью к заболеваниям, плодовитостью, хорошей способностью быстро восстанавливать упитанность и сохранять её зимой при табунном содержании. Племенных кобыл используют до 19 – 20 лет, однако нередко от них получают жеребят и в более старшем возрасте. В то же время кабардинские лошади в отличие от других пород более позднеспелы. По данным племенных хозяйств Кабардино-Балкарии, выход жеребят в породе составляет 83-85%.

У типичных представителей породы крепкая конституция, небольшая голова, профиль с горбинкой, средней длины мускулистая шея, крепкая прямая спина, широкая и глубокая грудная клетка, немного спущенный круп. Конечности тонкие, но крепкие, с необыкновенно прочными и цепкими копытами. Задние ноги часто саблистые. Кабардинская лошадь самая крупная из горских пород, высота в холке 152 - 157 см. Промеры лучших кабардинских лошадей, записанных в V том ГПК кабардинской и карачаевской пород (издан в 1993 году) составляет у жеребцов колхозов и совхозов 155,1-183,4-19,9 см; у кобыл соответственно 151,6-178,1-18,7 см. Лошади, выращенные в конных заводах, соответственно, ещё крупнее, массивнее и костистее. Масть в основном гнедая, вороная или караковая.

Под влиянием различных условий разведения, использования и содержания, в породе выделяют три внутрипородных типа: восточный, основной (характерный) и густой (массивный).

Лошади восточного типа имеют особенности, свойственные верховым лошадям. Лошади основного типа - ярко выраженные горные верховые, сухой конституции. Лошади массивного типа имеют удлинённый массивный корпус, развитый костяк и густые формы, свойственные легкоупряжным породам.

Файл:Circassian horse.jpg

Фотография рубежа XIX / XX вв, изображающая двух кабардинцев с конём кабардинской (черкесской) породы (адыгэш) в старинной экипировке кабардинских аристократов.

стандарты

Мафедзев)

передних.

Традиционные предпочтения по масти

Традиционные предпочтения адыгов по масти:

  • - Гнедые (пц1эгъуэплъ). Из всех конских мастей самая предпочтительная среди черкесов. Считались хороши и днем и ночью.
  • - Серые (пщ1эгъуалэ). Считалось что копыта у них немного слабее.
  • - Вороные (къарэ). Считалось что сильны ночью, а днем так себе.
  • - Рыжие (шыгъуэ), с белым пятном на лбу до самого носа. Не могут скакать против Солнца.
  • - Пестрые (къуэлэн). На них не ездили вообще, скорее всего из эстетических предпочтений черкесов, отвергавших все пестрое: "Дурак любит пестрое" (Кабардинская поговорка).

Лошади черкесов делились на:

  • - Походных (зекIуэш). Только мерины не моложе 9 лет.
  • - Скаковых (шыгъажэш).

Считалось предосудительным ездить на кобылах или жеребцах. "Черкесы холостят жеребцов, не смея употреблять их в скрытые поиски, могущие от ржания их быть оглашены, но холостят лошадей и никогда не ездят на жеребцах; приучают меринов, чтобы они были сторожки".(С. Броневский).

Использование

Кабардинская порода отличается хорошей работоспособностью. Во время Великой Отечественной Войны большое поголовье лошадей этой породы совершило путь от Сталинграда до Альп, проявив выносливость, стойкость и силу. В 1946 году на Московском ипподроме провели испытания лошадей отечественных пород на 250 км, причём последние 2 км нужно было пройти резвым галопом. Первое место в этих испытаниях занял жеребец кабардинской породы Али-Кадым, который прошёл всю дистанцию за 25 часов. Кобыла Аза прошла 100 км за 4 ч.25 мин. Поэтому в наше время кабардинская порода успешно используется в конных пробегах на длинные дистанции. Кроме того, это отличная лошадь для горного туризма и любительской верховой езды. По резвости при испытаниях в гладких скачках на короткие и удлинённые дистанции лошади кабардинской породы уступают животным большинства отечественных пород.

качеств.

Заметки некоторых путешественников и исследователей

"Я никогда не видел, чтобы черкес приласкал своего ребенка, зато лошадь он готов целовать и гладить; они заботятся о зимних запасах корма лошадей не меньшей степени, чем для своих семей." (Д.Лонгворт)

"Черкес, какого бы он звания ни был, скорее сам согласится быть голодным, чем лошадь свою допустит до этого. Сами князья собственными руками нередко обчищают копыта своих лошадей и моют их гривы мылом и куриными яйцами, хотя бы их окружала толпа слуг." (Хан-Гирей)

"Ничего не может быть более простым, чем их метод объезжания лошадей: черкес сначала доставал лассо, что является само по себе искусством необычной опасности, так как покинутое стадо бродит полудико по лесам. Черкес затем начинает завязывать её шею недоуздком, столь плотно, что почти кажется душит её: в этом состоянии он тащил лошадь до тех пор, пока она не изнурится, или во всяком случае, до тех пор, пока не посчитает её до конца покоренной; после объезжания верхом в течение некоторого времени лошадь становится уже через несколько дней столь послушной и привязанной к своему хозяину, как спаниэль.

Возможно, ни в одной стране в мире с лошадью не обращаются лучше, чем здесь; нет другого народа, который понимал бы лучше, как управлять ею. Великий секрет, кажется, в доброте; её никогда не бьют; следовательно, её дух остается несломленным и привязанность к своему хозяину неослабной...Я часто видел её лежащей у ног своего хозяина, когда в засаде, в совершенном покое или при покорении, она без всякого сопротивления позволяет приспосабливать свою голову как опору для винтовки." (Э.Спенсер) [1]

"Шпор черкесы не знают и погоняют лошадь тоненькою плетью, имеющею на конце кусок кожи в виде лопаточки для того, чтобы не делать боли лошади, а пугать её хлопаньем, так как, по мнению черкесов, боль причиняемая лошади шпорами или тяжелою ногайкой, употребялемою калмыками и донскими казаками, утомляет её совершенно без нужды." (Ф.Торнау) [2]

"Хорошо выдержанный конь черкеса был отлично выезжен и повиновался уздечке в совершенстве. Он не боялся ни огня, ни воды. Черкесские наездники шпор не употребляли, но погоняли лошадь тонкой плетью, с привязанным на конце её плоским концом кожи, для того чтобы при ударе не причинять лошади боль, а только понукать её хлопками плетки. Без треноги ни один черкес не выезжал из дому. Седло черкеса было легко и покойно, не портило лошадь и тогда, когда по целым неделям оставалось на её спине." (Н.Дубровин) [3]

"Казаки и черкесы, в длиннополых черкесках с патронами на груди, обутые в суконные ноговицы и красные сафьянные чевяки, в лохматых бараньих шапках, с винтовкой в бурочном чехле, перекинутою за спину через правое плечо, при шашке и широком кинжале, скакали на неказистых, но крепких, неутомимых лошадях кабардинской породы. Маленькое черкесское седло и легкая тонкоременная уздечка видимо была приспособлены к дальнему походу, к жизни на коне. Не порывист их налет, но стойко встречают они противника, метко бьют из винтовки и рубят шашкой на убой. Лошади приезжены к покойному ходу, к быстрым поворотам, но не к прыжкам и дыбкам, только мешающим упорной, хладнокровной драке." (Ф.Торнау) [4]

"Будучи прирожденными наездниками, черкесы обращали особое внимание на развитие у себя коневодства. Черкесская порода лошадей, известная у нас под именем кабардинской, представляла благородную смесь арабской и персидской крови. Она отличалась необыкновенной легкостью в скачке, выносливостью, добронравием и смелостью; впрочем, последнее качество было не столько врожденное, сколько составляло результат её отличной выездки. Черкес в седле не спускал рукавов и не оставлял нагайки без дела ни на одну минуту, но зато, как скоро вынул ногу из стремени, он делался рабом и нянькой своего усталого скакуна. После арабов никто не школил лошадей так жестоко и вместе не ухаживал за ними с такой заботливостью и нежностью, как черкесы. У лучших рубак на Кавказе, шапсугов, развитием смелости в коне занимались столько же, как и развитием ловкости в самом наезднике. В числе других видов джигитовки там был такой, в котором конь приучался толкать грудью супротивного коня, чтобы сбить его вбок и доставить седоку профиль противника." (В.Потто) [5]

"Для набегов горцы подготовляли своих лошадей, как для призовой скачки, переставали их кормить сеном, гоняли под попонами, купали по несколько раз в день. На приготовленных таким образом лошадях они пробегали потом неимоверные расстояния...Сев на лошадей в десять часов утра, мы проехали, не оставляя седла, весь день и всю ночь...В четвертом часу утра мы были на месте, сделав в восемнадцать часов не менее ста шестидесяти верст; последние два или три часа мы скакали во весь опор, причем были принуждены силой удерживать лошадей, рвавшихся одна перед другою, несмотря на целый день езды без корма. Подобную силу и неутомимость можно найти только у добрых черкесских лошадей. На месте их выводили как следует, выдержали несколько часов без корму, и через пятеро суток они шли под нами так же бодро, как будто никогда не делали подобного перехода." (Ф.Торнау) [6]

"Лошадь, это другое «я» абаза, средней величины, сильна и вынослива, хотя и не красива. Достойно внимания твердое копыто лошади; так как железо там — очень редкая вещь, то лошади не подковываются, но, несмотря на это, выдерживают длинные и быстрые переходы без повреждения копыт...Когда адыг после долгой поездки приезжает домой или на ночевку, то он оставляет лошадь на несколько часов стоять под седлом, прежде чем даст ей сена. Скребница и щетка неизвестны, лошадь моют и летом и зимой. Корм состоит из овса или ячменя, но большей частью её кормят кукурузой. Кроме сена кормом служит также просяная солома...Лошади с раннего возраста подготавливаются к военной службе, для этого проводятся примерные сражения, их заставляют привыкать к ружейному огню и приучают повиноваться голосу своего хозяина, так что часто бывает удивительно, как быстро многочисленный отряд находит своих в беспорядке пасущихся лошадей и сидит уже на них, готовый к сражению." (Т.Лапинский) [7]

Напишите отзыв о статье "Кабардинская порода лошадей"

Примечания

  1. ↑ [http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Kavkaz/XIX/1820-1840/Spenser/text2.htm Эдмонд Спенсер. Путешествия в Черкесию. Письмо 25]
  2. ↑ [http://www.a-u-l.narod.ru/Tornau-F-F_Vospominaniya_kavkazskogo_oficera_chast-2.html ТФедор Федорович Торнау. Воспоминания кавказского офицера. Часть вторая. Глава 2]
  3. ↑ [http://www.a-u-l.narod.ru/Dubrovin-N_Cherkesy.html Военный сборник, №№ 3–6, 1870. Николай Дубровин. Черкесы (Адиге). Глава I.]
  4. ↑ [http://a-u-l.narod.ru/Tornau-F-F_Vospominaniya_o_Kavkaze_i_Gruzii.html Федор Федорович Торнау. Воспоминания о Кавказе и Грузии.V.]
  5. ↑ [http://statehistory.ru/books/Kavkazskaya-voyna--Tom-2--Ermolovskoe-vremya/21 Василий Потто. Кавказская война. Том 2. Ермоловское время. XXII.Черкесские набеги]
  6. ↑ [http://www.a-u-l.narod.ru/Tornau-F-F_Vospominaniya_kavkazskogo_oficera_chast-2.html ТФедор Федорович Торнау. Воспоминания кавказского офицера. Часть вторая. Глава 2; 4]
  7. ↑ [http://www.a-u-l.narod.ru/Teofil_Lapinskiy_Gorcy_Kavkaza_tom-1.html Теофил Лапинский (Теффик-бей). Горцы Кавказа и их освободительная борьба против русских. Том 1. Глава 2.]

Литература

Б.Д. Камбегов, О.А. Балакшин, В.Х. Хотов "Лошади России". Полная энциклопедия. "РИЦ МДК" Москва, 2002 год.

Отрывок, характеризующий Кабардинская порода лошадей

– Я столько наслышан о вашем утончённом вкусе, Мадонна Изидора! Венеция только и говорит – о вас! Удостоите ли вы меня такой чести, поделитесь ли вы со мной вашим новым приобретением? Караффа улыбался... А у меня от этой улыбки стыла кровь и хотелось бежать, куда глядят глаза, только бы не видеть это коварное, утончённое лицо больше никогда! Он был настоящим хищником по натуре, и именно сейчас был на охоте... Я это чувствовала каждой клеткой своего тела, каждой фиброй моей застывшей в ужасе души. Я никогда не была трусливой... Но я слишком много была наслышана об этом страшном человеке, и знала – его не остановит ничто, если он решит, что хочет заполучить меня в свои цепкие лапы. Он сметал любые преграды, когда дело касалось «еретиков». И его боялись даже короли... В какой-то степени я даже уважала его... Изидора улыбнулась, увидев наши испуганные рожицы. – Да, уважала. Но это было другое уважение, чем то, что подумали вы. Я уважала его упорство, его неистребимую веру в своё «доброе дело». Он был помешан на том, что творил, не так, как большинство его последователей, которые просто грабили, насиловали и наслаждались жизнью. Караффа никогда ничего не брал и никогда никого не насиловал. Женщины, как таковые, не существовали для него вообще. Он был «воином Христа» от начала до конца, и до последнего своего вздоха... Правда, он так никогда и не понял, что, во всём, что он творил на Земле, был абсолютно и полностью не прав, что это было страшным и непростительным преступлением. Он так и умер, искренне веря в своё «доброе дело»... И вот теперь, этот фанатичный в своём заблуждении человек явно был настроен заполучить почему-то мою «грешную» душу... Пока я лихорадочно пыталась что-то придумать, мне неожиданно пришли на помощь... Мой давний знакомый, почти что друг, Франческо, у которого я только что купила книги, вдруг обратился ко мне раздражённым тоном, как бы потеряв терпение от моей нерешительности: – Мадонна Изидора, Вы наконец-то решили, что Вам подходит? Мои клиенты ждут меня, и я не могу потратить весь свой день только на Вас! Как бы мне это не было приятно. Я с удивлением на него уставилась, но к своему счастью, тут же уловила его рискованную мысль – он предлагал мне избавиться от опасных книг, которые я в тот момент держала в руках! Книги были любимым «коньком» Караффы, и именно за них, чаще всего, умнейшие люди угождали в сети, которые расставлял для них этот сумасшедший инквизитор... Я тут же оставила большую часть на прилавке, на что Франческо сразу же выразил «дикое неудовольствие». Караффа наблюдал. Я сразу же почувствовала, как сильно его забавляла эта простая, наивная игра. Он прекрасно всё понимал, и если бы хотел – мог преспокойно арестовать и меня, и моего бедного рискового друга. Но почему-то не захотел... Казалось, он искренне наслаждался моей беспомощностью, как довольный кот, зажавший в углу пойманную мышь... – Разрешите Вас покинуть, Ваше преосвященство? – даже не надеясь на положительный ответ, осторожно спросила я. – К моему великому сожалению, мадонна Изидора! – с деланным разочарованием воскликнул кардинал. – Вы позволите как-нибудь заглянуть к вам? Говорят, у Вас очень одарённая дочь? Мне бы очень хотелось познакомиться и побеседовать с ней. Надеюсь, она так же красива, как её мать... – Моей дочери, Анне, всего десять лет, милорд, – как можно спокойнее ответила я. А душа у меня кричала от животного ужаса!.. Он знал про меня всё!.. Зачем, ну зачем я была нужна сумасшедшему Караффе?.. Почему его интересовала моя маленькая Анна?! Не потому ли, что я слыла знаменитой Видуньей, и он считал меня своим злейшим врагом?.. Ведь для него не имело значения, как меня называли, для «великого инквизитора» я была просто – ведьмой, а ведьм он сжигал на костре... Я сильно и беззаветно любила Жизнь! И мне, как и каждому нормальному человеку, очень хотелось, чтобы она продолжалась как можно дольше. Ведь даже самый отъявленный негодяй, который, возможно, отнимал жизнь других, дорожит каждой прожитой минутой, каждым прожитым днём своей, драгоценной для него, жизни!.. Но именно в тот момент я вдруг очень чётко поняла, что именно он, Караффа, и заберёт её, мою короткую и такую для меня ценную, не дожитую жизнь... – Великий дух зарождается в малом теле, мадонна Изидора. Даже святой Иисус когда-то был ребёнком. Я буду очень рад навестить Вас! – и изящно поклонившись, Караффа удалился. Мир рушился... Он рассыпался на мелкие кусочки, в каждом из которых отражалось хищное, тонкое, умное лицо.... Я старалась как-то успокоиться и не паниковать, но почему-то не получалось. Моя привычная уверенность в себе и в своих силах на этот раз подводила, и от этого становилось ещё страшней. День был таким же солнечным и светлым, как всего несколько минут назад, но в мою душу поселился мрак. Как оказалось, я давно ждала появления этого человека. И все мои кошмарные видения о кострах, были только предвестием... к сегодняшней встрече с ним. Вернувшись домой, я тут же уговорила мужа забрать маленькую Анну и увезти её куда-то подальше, где злые щупальца Караффы не могли бы её достать. А сама начала готовиться к самому худшему, так как точно знала, что его приход не заставит себя долго ждать. И не ошиблась... Через несколько дней, моя любимая чернокожая служанка Кея (в то время было очень модно заводить чернокожих слуг в богатых домах) доложила, что «его преосвященство, кардинал, ожидает меня в розовой гостиной». И я почувствовала, что что-то произойдёт именно сейчас... Я была одета в светло-жёлтое шёлковое платье и знала, что этот цвет мне очень идёт. Но если и был один единственный человек на свете, перед которым мне не хотелось выглядеть привлекательной, то это уж точно был Караффа. Но для переодевания не оставалось времени, и пришлось выходить именно так. Он ждал, спокойно опершись на спинку кресла, изучая какую-то старую рукопись, коих в нашем доме находилось несметное количество. Я «надела» на себя приятную улыбку и спустилась в гостиную. Увидев меня, Караффа почему-то застыл, не произнося ни слова. Молчание затягивалось, и мне казалось, что кардинал вот-вот услышит, как по предательски громко стучит моё испуганное сердце... Но вот, наконец-то, раздался его восторженный, хриплый голос: – Вы потрясающи, мадонна Изидора! Даже это солнечное утро проигрывает рядом с вами! – Вот уж не думала, что кардиналам разрешается говорить дамам комплименты! – с величайшим усилием продолжая улыбаться, выдавила я. – Кардиналы тоже люди, мадонна, и они умеют отличать прекрасное от простоты... А где же ваша чудесная дочь? Смогу ли я насладиться сегодня двойной красотой? – Её нет в Венеции, ваше преосвященство. Она с отцом уехала во Флоренцию, навестить её больного кузена. – Насколько я знаю, в данный момент в вашей семье нет больных. Кто же так внезапно заболел, мадонна Изидора? – в его голосе звучала неприкрытая угроза... Караффа начал играть открыто. И мне не оставалось ничего, как только встречать опасность лицом к лицу... – Что вы от меня хотите, Ваше преосвященство? Не проще ли было бы сказать это прямо, избавив нас обоих от этой ненужной, дешёвой игры? Мы достаточно умные люди, чтобы, даже при разности взглядов, могли уважать друг друга. У меня от ужаса подкашивались ноги, но Караффа этого почему-то не замечал. Он впился в моё лицо пылающим взглядом, не отвечая и не замечая ничего вокруг. Я не могла понять, что происходит, и вся эта опасная комедия всё больше и больше меня пугала... Но тут произошло кое-что совершенно непредвиденное, что-то полностью выходящее за привычные рамки... Караффа подошёл ко мне очень близко, всё так же, не сводя горящих глаз, и почти не дыша, прошептал: – Ты не можешь быть от Бога... Ты слишком красива! Ты колдунья!!! Женщина не имеет права быть столь прекрасной! Ты от Дьявола!.. И повернувшись, бросился без оглядки из дома, как будто за ним гнался сам Сатана... Я стояла в совершенном шоке, всё ещё ожидая услышать его шаги, но ничего не происходило. Понемногу приходя в себя, и наконец-то сумев расслабить своё одеревеневшее тело, я глубоко вздохнула и... потеряла сознание. Очнулась я на кровати, поимая горячим вином из рук моей милой служанки Кеи. Но тут же, вспомнив о случившемся, вскочила на ноги и начала метаться по комнате, никак не соображая, что же такое предпринять... Время шло, и надо было что-то делать, что-то придумать, чтобы как-то защитить себя и свою семью от этого двуногого чудища. Я точно знала, что теперь всякая игра была кончена, что началась война. Но наши силы, к моему великому сожалению, были очень и очень не равны... Естественно, я могла победить бы его по-своему... могла даже просто остановить его кровожадное сердце. И все эти ужасы сразу бы закончились. Но дело в том, что, даже в свои тридцать шесть лет, я всё ещё оставалась слишком чистой и доброй для убийства... Я никогда не отнимала жизнь, наоборот – очень часто возвращала её. И даже такого страшного человека, каким был Караффа, пока ещё не могла казнить... На следующее утро раздался сильнейший стук в дверь. Моё сердце остановилось. Я знала – это была инквизиция... Они забрали меня, обвиняя в «словоблудии и чернокнижии, одурманивании честных граждан ложными предсказаниями и ереси»... Это был конец. Комната, в которую меня поселили, была очень сырой и тёмной, но мне почему-то казалось, что долго я в ней не задержусь. В полдень пришёл Караффа... – О, прошу прощения, мадонна Изидора, Вам предоставили чужую комнату. Это не для Вас, конечно же. – К чему вся эта игра, монсеньор? – гордо (как мне казалось) вскинув голову, спросила я. – Я предпочитала бы просто правду, и желала бы знать, в чём по-настоящему меня обвиняют. Моя семья, как вы знаете, очень уважаема и любима в Венеции, и было бы лучше для Вас, если бы обвинения имели под собой истинную почву. Караффа никогда не узнал, сколько сил мне стоило тогда выглядеть гордой!.. Я прекрасно понимала, что вряд ли кто-нибудь или что-нибудь может мне помочь. Но я не могла допустить, чтобы он увидел мой страх. И поэтому продолжала, пытаясь вывести его из того спокойно-ироничного со-стояния, которое видимо было его своеобразной защитой. И которого совершенно не выносила я. – Вы соблаговолите мне сообщить, в чём моя вина, или оставите это удовольствие своим верным «вассалам»?!. – Я не советую Вам кипятиться, мадонна Изидора, – спокойно произнёс Караффа. – Насколько мне известно, вся ваша любимая Венеция знает, что вы – Ведьма. И к тому же, самая сильная, которая когда-то жила. Да Вы ведь этого и не скрывали, не правда ли? Вдруг я совершенно успокоилась. Да, это было правдой – я никогда не скрывала своих способностей... Я ими гордилась, как и моя мать. Так неужели же теперь, перед этим сумасшедшим фанатиком я предам свою душу и от-кажусь от того, кто я есть?!. – Вы правы, ваше преосвященство, я Ведьма. Но я не от Дьявола, ни от Бога. Я свободна в своей душе, я – ВЕДАЮ... И Вы никогда не сможете этого у меня отнять. Вы можете только убить меня. Но даже тогда я останусь тем, кем я есть... Только, в том случае, Вы уже никогда меня не увидите... Я вслепую нанесла слабенький удар... Не было никакой уверенности, что он сработает. Но Караффа вдруг побледнел, и я поняла, что была права. Как бы ни ненавидел женскую половину этот непредсказуемый человек, ко мне у него теплилось странное и опасное чувство, которого я пока ещё не могла точно определить. Но главное – оно было! И только это пока что являлось важным. А разобраться в нём можно было и позже, если сейчас удастся Караффу «поймать» на эту простую женскую приманку... Но я не знала тогда, насколько сильна была воля этого необычного человека... Замешательство исчезло также быстро, как и пришло. Передо мной опять стоял холодный и спокойный кардинал. – Это было бы огромной потерей для всех, кто ценит красоту, мадонна. Но слишком большая красота бывает опасной, так как она губит чистые души. А уж Ваша-то – точно не оставит никого равнодушным, поэтому будет лучше, если она просто перестанет существовать... Караффа ушёл. А у меня встали дыбом волосы – настолько сильный он вселял ужас в мою уставшую одинокую душу... Я была одна. Все мои любимые и родные находились где-то по ту сторону этих каменных стен, и я отнюдь не была уверена, что увижу их когда-либо ещё... Моя горячо любимая малышка Анна ютилась во Флоренции у Медичи, и я очень надеялась, что Караффа не знал, где и у кого она находится. Мой муж, который меня обожал, по моей просьбе был с ней и не знал о том, что меня схватили. У меня не было никакой надежды. Я была по-настоящему совсем одна. С того злосчастного дня начались нескончаемые суды над знаменитой «Венецианской Ведьмой», то бишь – надо мной... Но Венеция была по-настоящему свободным городом и не давала так просто уничтожать своих детей. Инквизиция была ненавидимой всеми, и Караффе приходилось с этим считаться. Поэтому меня судил «верховный трибунал инквизиции», который обвинял меня во всех возможных пороках, о большинстве которых мне никогда не приходилось даже слышать. Единственно светлым, произошедшим за всё это кошмарное время, была неожиданная и очень сильная поддержка друзей, которая вынудила Караффу быть намного более осторожным в своих обвинениях, но это не помогло мне вырваться из его опасных когтей.

o-ili-v.ru

Кабардинская порода лошадей

кабардинская порода лошадей тяжеловозов, кабардинская порода лошадей арденнскаяКабардинская порода лошадей (кабард.-черк. адыгэш) — одна из старейших пород верхово-упряжного типа. Вошла во все мировые справочники по коневодству.

Содержание

  • 1 История
  • 2 Общие характеристики
  • 3 стандарты
  • 4 Традиционные предпочтения по масти
  • 5 Использование
  • 6 Заметки некоторых путешественников и исследователей
  • 7 Примечания
  • 8 Литература

История

История адыгского народа теснейшим образом связана с историей создания, использования и совершенствования лошадей кабардинской породы, получившей широкую известность далеко за пределами Кавказа. Стоит отметить, что с исторической точки зрения, данная порода является обще адыгской (черкесской). С кабард.-черк. "адыгэш" переводится как «адыгская лошадь». Кабардинской данная порода стала называться из-за того, что из всех черкесских земель именно в Кабарде коневодство достигло наибольшего развития. Кабардинская порода лошадей издавна высоко ценилась как боевая порода. Качества, выработанные у кабардинской лошади, были обусловлены потребностью черкесов в верховом, боевом коне. Сочетание таких качеств как высокая резвость и потрясающая выносливость, необыкновенная смелость и осторожность при езде по горным тропам делали эту лошадь идеальной для дальних походов и скоротечных набегов.

Кабардинская порода сформировалась в условиях содержания круглый год в табуне. Летом — на горных пастбищах. Зимой её содержали в предгорьях и на равнинах, лишь подкармливая сеном и зерном. По утверждению Ю.Н. Барминцева (1972) кабардинская порода произошла в результате смешения многих пород, в основном лошадей степных кочевников и пород южного корня - персидской, туркменской, арабской.

Общие характеристики

Она отлично приспособлена как для равнин, так и для высокогорья, поскольку её отличает способность сохранять равновесие при передвижении по скользким и скалистым тропам, преодолевать крутые спуски и подъемы, безболезненно переносить резкие колебания температуры и давления воздуха.. Развитая физическая сила и выносливость позволяют ей хорошо себя чувствовать в условиях высокогорья, и при весе груза в 150 кг проходить по 100 км в день.

Лошадь кабардинской породы характеризуется "удачным" физическим сложением: хорошо развит корпус, шея длинная, мускулистая, широкая грудь; голова небольшая, сухая, профиль с горбинкой; спина прямая и короткая, круп свислый и относительно широкий; ноги сухие с хорошей формой копыт, которые отличаются твердостью, воспитанной на твердой целине и камнях горных пастбищ. Характерной особенностью породы являются саблистые задние ноги и в несколько меньшей мере х-образность.

Лошади кабардинской породы отличаются крепкой конституцией, высокой резистентностью к заболеваниям, плодовитостью, хорошей способностью быстро восстанавливать упитанность и сохранять её зимой при табунном содержании. Племенных кобыл используют до 19 – 20 лет, однако нередко от них получают жеребят и в более старшем возрасте. В то же время кабардинские лошади в отличие от других пород более позднеспелы. По данным племенных хозяйств Кабардино-Балкарии, выход жеребят в породе составляет 83-85%.

У типичных представителей породы крепкая конституция, небольшая голова, профиль с горбинкой, средней длины мускулистая шея, крепкая прямая спина, широкая и глубокая грудная клетка, немного спущенный круп. Конечности тонкие, но крепкие, с необыкновенно прочными и цепкими копытами. Задние ноги часто саблистые. Кабардинская лошадь самая крупная из горских пород, высота в холке 152 - 157 см. Промеры лучших кабардинских лошадей, записанных в V том ГПК кабардинской и карачаевской пород (издан в 1993 году) составляет у жеребцов колхозов и совхозов 155,1-183,4-19,9 см; у кобыл соответственно 151,6-178,1-18,7 см. Лошади, выращенные в конных заводах, соответственно, ещё крупнее, массивнее и костистее. Масть в основном гнедая, вороная или караковая.

Под влиянием различных условий разведения, использования и содержания, в породе выделяют три внутрипородных типа: восточный, основной (характерный) и густой (массивный).

Лошади восточного типа имеют особенности, свойственные верховым лошадям. Лошади основного типа - ярко выраженные горные верховые, сухой конституции. Лошади массивного типа имеют удлинённый массивный корпус, развитый костяк и густые формы, свойственные легкоупряжным породам.

Фотография рубежа XIX / XX вв, изображающая двух кабардинцев с конём кабардинской (черкесской) породы (адыгэш) в старинной экипировке кабардинских аристократов.

стандарты

Мафедзев)

передних.

Традиционные предпочтения по масти

Традиционные предпочтения адыгов по масти:

  • - Гнедые (пц1эгъуэплъ). Из всех конских мастей самая предпочтительная среди черкесов. Считались хороши и днем и ночью.
  • - Серые (пщ1эгъуалэ). Считалось что копыта у них немного слабее.
  • - Вороные (къарэ). Считалось что сильны ночью, а днем так себе.
  • - Рыжие (шыгъуэ), с белым пятном на лбу до самого носа. Не могут скакать против Солнца.
  • - Пестрые (къуэлэн). На них не ездили вообще, скорее всего из эстетических предпочтений черкесов, отвергавших все пестрое: "Дурак любит пестрое" (Кабардинская поговорка).

Лошади черкесов делились на:

  • - Походных (зекIуэш). Только мерины не моложе 9 лет.
  • - Скаковых (шыгъажэш).

Считалось предосудительным ездить на кобылах или жеребцах. "Черкесы холостят жеребцов, не смея употреблять их в скрытые поиски, могущие от ржания их быть оглашены, но холостят лошадей и никогда не ездят на жеребцах; приучают меринов, чтобы они были сторожки".(С. Броневский).

Использование

Кабардинская порода отличается хорошей работоспособностью. Во время Великой Отечественной Войны большое поголовье лошадей этой породы совершило путь от Сталинграда до Альп, проявив выносливость, стойкость и силу. В 1946 году на Московском ипподроме провели испытания лошадей отечественных пород на 250 км, причём последние 2 км нужно было пройти резвым галопом. Первое место в этих испытаниях занял жеребец кабардинской породы Али-Кадым, который прошёл всю дистанцию за 25 часов. Кобыла Аза прошла 100 км за 4 ч.25 мин. Поэтому в наше время кабардинская порода успешно используется в конных пробегах на длинные дистанции. Кроме того, это отличная лошадь для горного туризма и любительской верховой езды. По резвости при испытаниях в гладких скачках на короткие и удлинённые дистанции лошади кабардинской породы уступают животным большинства отечественных пород.

качеств.

Заметки некоторых путешественников и исследователей

"Я никогда не видел, чтобы черкес приласкал своего ребенка, зато лошадь он готов целовать и гладить; они заботятся о зимних запасах корма лошадей не меньшей степени, чем для своих семей." (Д.Лонгворт)

"Черкес, какого бы он звания ни был, скорее сам согласится быть голодным, чем лошадь свою допустит до этого. Сами князья собственными руками нередко обчищают копыта своих лошадей и моют их гривы мылом и куриными яйцами, хотя бы их окружала толпа слуг." (Хан-Гирей)

"Ничего не может быть более простым, чем их метод объезжания лошадей: черкес сначала доставал лассо, что является само по себе искусством необычной опасности, так как покинутое стадо бродит полудико по лесам. Черкес затем начинает завязывать её шею недоуздком, столь плотно, что почти кажется душит её: в этом состоянии он тащил лошадь до тех пор, пока она не изнурится, или во всяком случае, до тех пор, пока не посчитает её до конца покоренной; после объезжания верхом в течение некоторого времени лошадь становится уже через несколько дней столь послушной и привязанной к своему хозяину, как спаниэль.

Возможно, ни в одной стране в мире с лошадью не обращаются лучше, чем здесь; нет другого народа, который понимал бы лучше, как управлять ею. Великий секрет, кажется, в доброте; её никогда не бьют; следовательно, её дух остается несломленным и привязанность к своему хозяину неослабной...Я часто видел её лежащей у ног своего хозяина, когда в засаде, в совершенном покое или при покорении, она без всякого сопротивления позволяет приспосабливать свою голову как опору для винтовки." (Э.Спенсер)

"Шпор черкесы не знают и погоняют лошадь тоненькою плетью, имеющею на конце кусок кожи в виде лопаточки для того, чтобы не делать боли лошади, а пугать её хлопаньем, так как, по мнению черкесов, боль причиняемая лошади шпорами или тяжелою ногайкой, употребялемою калмыками и донскими казаками, утомляет её совершенно без нужды." (Ф.Торнау)

"Хорошо выдержанный конь черкеса был отлично выезжен и повиновался уздечке в совершенстве. Он не боялся ни огня, ни воды. Черкесские наездники шпор не употребляли, но погоняли лошадь тонкой плетью, с привязанным на конце её плоским концом кожи, для того чтобы при ударе не причинять лошади боль, а только понукать её хлопками плетки. Без треноги ни один черкес не выезжал из дому. Седло черкеса было легко и покойно, не портило лошадь и тогда, когда по целым неделям оставалось на её спине." (Н.Дубровин)

"Казаки и черкесы, в длиннополых черкесках с патронами на груди, обутые в суконные ноговицы и красные сафьянные чевяки, в лохматых бараньих шапках, с винтовкой в бурочном чехле, перекинутою за спину через правое плечо, при шашке и широком кинжале, скакали на неказистых, но крепких, неутомимых лошадях кабардинской породы. Маленькое черкесское седло и легкая тонкоременная уздечка видимо была приспособлены к дальнему походу, к жизни на коне. Не порывист их налет, но стойко встречают они противника, метко бьют из винтовки и рубят шашкой на убой. Лошади приезжены к покойному ходу, к быстрым поворотам, но не к прыжкам и дыбкам, только мешающим упорной, хладнокровной драке." (Ф.Торнау)

"Будучи прирожденными наездниками, черкесы обращали особое внимание на развитие у себя коневодства. Черкесская порода лошадей, известная у нас под именем кабардинской, представляла благородную смесь арабской и персидской крови. Она отличалась необыкновенной легкостью в скачке, выносливостью, добронравием и смелостью; впрочем, последнее качество было не столько врожденное, сколько составляло результат её отличной выездки. Черкес в седле не спускал рукавов и не оставлял нагайки без дела ни на одну минуту, но зато, как скоро вынул ногу из стремени, он делался рабом и нянькой своего усталого скакуна. После арабов никто не школил лошадей так жестоко и вместе не ухаживал за ними с такой заботливостью и нежностью, как черкесы. У лучших рубак на Кавказе, шапсугов, развитием смелости в коне занимались столько же, как и развитием ловкости в самом наезднике. В числе других видов джигитовки там был такой, в котором конь приучался толкать грудью супротивного коня, чтобы сбить его вбок и доставить седоку профиль противника." (В.Потто)

"Для набегов горцы подготовляли своих лошадей, как для призовой скачки, переставали их кормить сеном, гоняли под попонами, купали по несколько раз в день. На приготовленных таким образом лошадях они пробегали потом неимоверные расстояния...Сев на лошадей в десять часов утра, мы проехали, не оставляя седла, весь день и всю ночь...В четвертом часу утра мы были на месте, сделав в восемнадцать часов не менее ста шестидесяти верст; последние два или три часа мы скакали во весь опор, причем были принуждены силой удерживать лошадей, рвавшихся одна перед другою, несмотря на целый день езды без корма. Подобную силу и неутомимость можно найти только у добрых черкесских лошадей. На месте их выводили как следует, выдержали несколько часов без корму, и через пятеро суток они шли под нами так же бодро, как будто никогда не делали подобного перехода." (Ф.Торнау)

"Лошадь, это другое «я» абаза, средней величины, сильна и вынослива, хотя и не красива. Достойно внимания твердое копыто лошади; так как железо там — очень редкая вещь, то лошади не подковываются, но, несмотря на это, выдерживают длинные и быстрые переходы без повреждения копыт...Когда адыг после долгой поездки приезжает домой или на ночевку, то он оставляет лошадь на несколько часов стоять под седлом, прежде чем даст ей сена. Скребница и щетка неизвестны, лошадь моют и летом и зимой. Корм состоит из овса или ячменя, но большей частью её кормят кукурузой. Кроме сена кормом служит также просяная солома...Лошади с раннего возраста подготавливаются к военной службе, для этого проводятся примерные сражения, их заставляют привыкать к ружейному огню и приучают повиноваться голосу своего хозяина, так что часто бывает удивительно, как быстро многочисленный отряд находит своих в беспорядке пасущихся лошадей и сидит уже на них, готовый к сражению." (Т.Лапинский)

Примечания

  1. ↑ Эдмонд Спенсер. Путешествия в Черкесию. Письмо 25
  2. ↑ ТФедор Федорович Торнау. Воспоминания кавказского офицера. Часть вторая. Глава 2
  3. ↑ Военный сборник, №№ 3–6, 1870. Николай Дубровин. Черкесы (Адиге). Глава I.
  4. ↑ Федор Федорович Торнау. Воспоминания о Кавказе и Грузии.V.
  5. ↑ Василий Потто. Кавказская война. Том 2. Ермоловское время. XXII.Черкесские набеги
  6. ↑ ТФедор Федорович Торнау. Воспоминания кавказского офицера. Часть вторая. Глава 2; 4
  7. ↑ Теофил Лапинский (Теффик-бей). Горцы Кавказа и их освободительная борьба против русских. Том 1. Глава 2.

Литература

Б.Д. Камбегов, О.А. Балакшин, В.Х. Хотов "Лошади России". Полная энциклопедия. "РИЦ МДК" Москва, 2002 год.

кабардинская порода лошадей арденнская, кабардинская порода лошадей тинкер, кабардинская порода лошадей тяжеловозов, кабардинская порода лошадей фриз

Кабардинская порода лошадей Информацию О

Кабардинская порода лошадей Комментарии

Кабардинская порода лошадейКабардинская порода лошадей Кабардинская порода лошадей Вы просматриваете субъект

Кабардинская порода лошадей что, Кабардинская порода лошадей кто, Кабардинская порода лошадей описание

There are excerpts from wikipedia on this article and video

www.turkaramamotoru.com

Кабардинская лошадь - Gpedia, Your Encyclopedia

Кабардинская (или горская[1]) порода лошадей (кабард.-черк. и адыг. адыгэш) — одна из старейших аборигенных пород верхово-упряжного типа.

Вошла во все мировые справочники по коневодству. В старину в России хороший верховой кабардинец был известен под именем аргамак[2] — впрочем, так называли любую дорогую верховую лошадь азиатской (восточной) породы.

История

История адыгского народа теснейшим образом связана с историей создания, использования и совершенствования кабардинской породы лошадей, получившей широкую известность далеко за пределами Кавказа. Она сформировалась в условиях содержания круглый год в табуне. Летом — на открытых горных пастбищах, а зимой её содержали в предгорьях и на равнинах, лишь подкармливая сеном и зерном. Кабардинская порода лошадей издавна высоко ценилась как боевая порода. Они способны проходить огромные расстояния, при этом их никогда не подковывали, и они даже в большом числе не могли выдать передвижение войск стуком подков. Эти войска из всадников и коней крепче гвоздей, не могли потерпеть поражение из-за некачественных гвоздей для крепления подков, так как в них не нуждались. Войска передвигались или находились в засаде на меринах, не выдававших своё расположение даже ржанием. Без подков, воды, корма кони могли преодолеть даже двести километров. И после продолжительного путешествия лошадям не давали корма сразу: прежде она стояла некоторое время у кормушки, и только потом получала ячмень и овес. Но чаще всего лошадь кормили просяной соломой, а со второй половины XIX века также и кукурузой.[3]

Стоит отметить, что с исторической точки зрения данная порода является общеадыгской (черкесской). С кабард.-черк. «адыгэш» переводится как «адыгская лошадь». Кабардинской данная порода русскими стала называться не только из-за того, что из всех черкесских земель именно в Кабарде коневодство достигло наибольшего развития. Дело в том, что самоназвание черкесов - адыги - русскими тогда не использовалось, а черкесской (или точнее, до XIX века особенно, - черкасской) породой лошадей также называлась совсем другая порода, выведенная на Украине, ставшая в XVIII веке основной для комплектования и ремонта русских легкоконных полков (казачьих, драгунских, собственно легкоконных, уланских, гусарских). Она постепенно потеряла своё значение в XIX веке (например, в пользу выведенной на заводах Платова новой донской породы, черноморской породы и других, хотя Отечественную войну 1812 года выиграла ещё, в основном, черкасская порода) и исчезла к середине XX века. Лошади этой породы были ниже ростом. Их надо было подковывать. При скрещивании лошадей этой черкасской породы, приведенных на Кавказ черноморскими казаками, с лошадьми адыгов (кабардинской породы) образовалась черноморская порода лошадей. Её держали не только черноморские, но и линейные и донские казаки, а также разбиравшиеся в конях иногородние. Именно содержавшиеся на Дону черноморские лошади были использованы для выведения будённовской породы, унаследовавшей многие свойства кабардинской породы[4]. Кабардинская порода ценилась как боевая порода не только для атаки лавой или строем, как вышеописанная черкасская лошадь с Украины, но и для рассыпного боя и поединков. Качества выработанные у кабардинской лошади, были обусловлены потребностью адыгов в верховом боевом коне. Сочетание таких качеств, как высокая резвость и потрясающая выносливость, необыкновенная смелость и осторожность при езде по горным тропам делали эту лошадь идеальной для дальних походов и скоротечных набегов.

Иосафат Барбаро, посетивший земли адыгов во второй половине XV века, сообщает не только о том что жизнь адыга была целиком связана с конём, но и о многих разновидностях породы. Наибольшее распространение имели следующие разновидности кабардинской (в его время только адыгской) породы коней: шоолох, бечкан, куденет, крымшокал, жерешти, абук, хагундоко, шеджароко, ачатыр, трам и шагди. Самыми распространенными и знаменитыми разновидностями были тогда шоолох и бечкан. Первый был особенно хорош как скакун, а бечкана адыги использовали для продолжительных переходов и состязаний. Наиболее красивый экстерьер имела порода жерешти, которую обычно аталык (тот, кто замещал отца — адыги, особенно знатные, и по их примеру затем и грузины — например, в приёмной семье самого бедного крестьянина его родителей воспитывался князь И. Г. Чавчавадзе — отдавали детей в приёмные семьи, чтобы дети не росли в роскоши и праздности, и став князьями, понимали простых людей и заботились не только о приёмных родителях, но и о простых людях вообще) дарил (обычно за счёт родных родителей, но иногда сыновьями обменивались богатые знатные семьи — тогда коня приёмные родители покупали за свои деньги) воспитаннику (пуру), когда он возвращался в дом родителей. Жерешты уступали в выносливости шоолоху, крымшокалу и кундету. Все эти разновидности выращивались в ущерб боевому коню — шагди, вследствие относительно мирного времени.[5]

По утверждению Ю. Н. Барминцева (1972), кабардинская порода произошла в результате смешения многих пород, в основном, степных лошадей, карабахской лошади и пород южного корня — персидской, арабской и туркменской (ахалтекинской). Но другие специалисты утверждают, что горянки адыгов ещё в древности сами в результате тщательной селекции вывели эту породу. Консенсус среди специалистов достигнут только в том, что после начала интенсивной исламизации адыгов во второй половине XV века, адыги-хаджи начали привозить арабских лошадей и смешивали их с кабардинскими. Но вместе с тем, с древности лошадь у адыгов — это второе «я» человека. У них слова «конь» и «брат» звучат созвучно — «шы», а если они хотят спросить о внешности человека, то говорили «какой вид коня-всадника?». Являясь древним оседлым народом, адыги были вынуждены оказывать сопротивление кочевникам. Поэтому лошадь, прежде всего, нужна была как боевой конь ещё в древности[6].

С 1870 года в селе Приречное действует Малкинский конный завод этой породы, который напрямую поставлял лошадей в царские войска, а позже в Красную Армию. Во Время Великой Отечественной войны часть коней погибла на фронте, а часть была расхищена оккупировавшими Кабардино-Балкарию гитлеровцами. Для восстановления породы после войны были использованы, кроме адыгских лошадей Западного Кавказа, также и лошади английской породы. Но порой эту восстановленную породу считают не разновидностью кабардинской породы, а новой "англо-кабардинской породой". В настоящее время делается попытка восстановить кабардинскую (адыгскую) породу такой, какой она была примерно в X веке[7].

Общие характеристики

Она отлично приспособлена как для равнин, так и для высокогорья, поскольку её отличает способность сохранять равновесие при передвижении по скользким и скалистым тропам, преодолевать крутые спуски и подъемы, безболезненно переносить резкие колебания температуры и давления воздуха.. Развитая физическая сила и выносливость позволяют ей хорошо себя чувствовать в условиях высокогорья, и при весе груза в 150 кг проходить по 100 км в день.

Лошадь кабардинской породы характеризуется «удачным» физическим сложением: хорошо развит корпус, шея длинная, мускулистая, широкая грудь; голова небольшая, сухая, профиль с горбинкой; спина прямая и короткая, круп свислый и относительно широкий; ноги сухие с хорошей формой копыт, которые отличаются твердостью, воспитанной на твердой целине и камнях горных пастбищ. Характерной особенностью породы являются саблистые задние ноги и в несколько меньшей мере х-образность.

Лошади кабардинской породы отличаются крепкой конституцией, высокой резистентностью к заболеваниям, плодовитостью, хорошей способностью быстро восстанавливать упитанность и сохранять её зимой при табунном содержании. Племенных кобыл используют до 19 — 20 лет, однако нередко от них получают жеребят и в более старшем возрасте. В то же время кабардинские лошади в отличие от других пород более позднеспелые. По данным племенных хозяйств Кабардино-Балкарии, выход жеребят в породе составляет 83-85 %.

У типичных представителей породы крепкая конституция, небольшая голова, профиль с горбинкой, средней длины мускулистая шея, крепкая прямая спина, широкая и глубокая грудная клетка, немного спущенный круп. Конечности тонкие, но крепкие, с необыкновенно прочными и цепкими копытами. Задние ноги часто саблистые. Кабардинская лошадь самая крупная из горских пород, высота в холке 152—157 см. Промеры лучших кабардинских лошадей, записанных в V том ГПК кабардинской и карачаевской пород (издан в 1993 году) составляет у жеребцов колхозов и совхозов 155,1-183,4-19,9 см; у кобыл соответственно 151,6-178,1-18,7 см. Лошади, выращенные в конных заводах, соответственно, ещё крупнее, массивнее и костистее. Масть в основном гнедая, вороная или караковая.

Под влиянием различных условий разведения, использования и содержания, в породе выделяют три внутрипородных типа: восточный, основной (характерный) и густой (массивный).

Лошади восточного типа имеют особенности, свойственные верховым лошадям. Лошади основного типа — ярко выраженные горные верховые, сухой конституции. Лошади массивного типа имеют удлинённый массивный корпус, развитый костяк и густые формы, свойственные легкоупряжным породам.

Фотография рубежа XIX / XX вв, изображающая двух кабардинцев с конём кабардинской (черкесской) породы (адыгэш) в старинной экипировке кабардинских аристократов.

Некоторые физиологические стандарты

Отличительной чертой кабардинских лошадей были крепкие ноги и особая форма копыт «стаканчиком». «У таких лошадей мышечная часть подошвы залегала глубоко, как бы на дне перевернутого стакана, и она почти кругом обрастала роговым образованием, крепким, как кость» (С. Мафедзев)

Большое значение придавалось на постановку и длину так называемого «лъэIэгъуэ» (расстояние между сесамовидной костью путового сустава и копытом). Чем прямее, то есть вертикальнее по отношению к земле «лъэIэгъуэ» (но не прямо перпендикулярно — это ухудшало амортизирующие свойства ног, что делало лошадь тряской), чем оно длинее, тем более годен конь.

Кроме того: пах должен был быть узким, икры крутыми, на тыльной стороне ног в области путового сустава должно было быть как можно меньше волос, но самое главное — при движении лошадь задними ногами должна перешагивать след передних. Иноходь черкесами ценилась, хотя встречалась редко.

Наибольшим почтением среди адыгов пользовалась боевая порода кабардинских лошадей — шагди (кабард.-черк. Шэгъдий). Данная порода хорошо приспособлена к горной и равнинной местности, может преодолевать большие расстояния, отлично прыгает и идёт по спуску, не боится перепадов температур и смены климата в горах. В силу особенностей местности, в которой шагди разводилась, она получила крепкое здоровье, стала выносливой и сильной лошадью. Лошади этой кабардинской породы могут везти груз в 150 кг и проходить 100 км каждый день.

Традиционные предпочтения по масти

Традиционные предпочтения адыгов по масти:

  • Гнедые (пцIэгъуэплъ). Из всех конских мастей самая предпочтительная среди черкесов. Считались хороши и днем и ночью.
  • Серые (пщIэгъуалэ). Считалось что копыта у них немного слабее.
  • Вороные (фIыцIэ). Считалось что сильны ночью, а днем так себе.
  • Рыжие (шыгъуэ), с белым пятном на лбу до самого носа. Не могут скакать против Солнца.
  • Пёстрые (къуэлэн). На них не ездили вообще, скорее всего из эстетических предпочтений черкесов, отвергавших все пестрое: «Дурак любит пестрое» (Кабардинская поговорка).

Лошади черкесов делились на:

  • Походных (зекIуэш). Только мерины не моложе 9 лет.
  • Скаковых (шыгъажэш).

Считалось предосудительным ездить на кобылах или жеребцах. «Черкесы холостят жеребцов, не смея употреблять их в скрытые поиски, могущие от ржания их быть оглашены, но холостят лошадей и никогда не ездят на жеребцах; приучают меринов, чтобы они были сторожки» (С. Броневский).

Использование

Эта порода идеальна не только для пограничников, любительской верховой езды и конного туризма, особенно в горах. Поразительная выносливость животных этой породы делает их лидерами в пробеге и троеборье профессионального конного спорта. Их набор генов делает их пригодными для селекционной работы и улучшения других пород лошадей. Но, поскольку «кабардинцам» не хватает скорости и прыгучести на коротких дистанциях, обычно они вообще не пригодны к большинству других (кроме пробега и троеборья) видов конного спорта на профессиональном уровне. Значительно лучше выступают пригодные ко всем видам конного спорта так называемые «англо-кабардинцы», полученные после Второй мировой войны путём смешивания кабардинской породы с чистокровной английской верховой лошадью. Но они порой рассматриваются не как разновидность кабардинской породы, а как отдельная порода.[8]

Кабардинская порода отличается хорошей работоспособностью. Во время Великой Отечественной Войны большое поголовье лошадей этой породы совершило путь от Сталинграда до Альп, проявив выносливость, стойкость и силу. В 1946 году на Московском ипподроме провели испытания лошадей отечественных пород на 250 км, причём последние 2 км нужно было пройти резвым галопом. Первое место в этих испытаниях занял жеребец кабардинской породы Али-Кадым, который прошёл всю дистанцию за 25 часов. Кобыла Аза прошла 100 км за 4 ч. 25 мин. Поэтому в наше время кабардинская порода успешно используется в конных пробегах на длинные дистанции. Кроме того, это лошадь отлична для горного туризма и любительской верховой езды. Но по резвости при испытаниях в гладких скачках на удлинённые дистанции, лошади кабардинской породы уступают животным большинства отечественных пород.

Заметки некоторых путешественников и исследователей

«Я никогда не видел, чтобы черкес приласкал своего ребенка, зато лошадь он готов целовать и гладить; они заботятся о зимних запасах корма лошадей не меньшей степени, чем для своих семей.» (Д. Лонгворт)

«Черкес, какого бы он звания ни был, скорее сам согласится быть голодным, чем лошадь свою допустит до этого. Сами князья собственными руками нередко обчищают копыта своих лошадей и моют их гривы мылом и куриными яйцами, хотя бы их окружала толпа слуг.» (Хан-Гирей)

«Ничего не может быть более простым, чем их метод объезжания лошадей: черкес сначала доставал лассо, что является само по себе искусством необычной опасности, так как покинутое стадо бродит полудико по лесам. Черкес затем начинает завязывать её шею недоуздком, столь плотно, что почти кажется душит её: в этом состоянии он тащил лошадь до тех пор, пока она не изнурится, или во всяком случае, до тех пор, пока не посчитает её до конца покоренной; после объезжания верхом в течение некоторого времени лошадь становится уже через несколько дней столь послушной и привязанной к своему хозяину, как спаниэль.

Возможно, ни в одной стране в мире с лошадью не обращаются лучше, чем здесь; нет другого народа, который понимал бы лучше, как управлять ею. Великий секрет, кажется, в доброте; её никогда не бьют; следовательно, её дух остается несломленным и привязанность к своему хозяину неослабной…Я часто видел её лежащей у ног своего хозяина, когда в засаде, в совершенном покое или при покорении, она без всякого сопротивления позволяет приспосабливать свою голову как опору для винтовки.» (Э. Спенсер)[9]

«Шпор черкесы не знают и погоняют лошадь тоненькою плетью, имеющею на конце кусок кожи в виде лопаточки для того, чтобы не делать боли лошади, а пугать её хлопаньем, так как, по мнению черкесов, боль причиняемая лошади шпорами или тяжелою ногайкой, употребялемою калмыками и донскими казаками, утомляет её совершенно без нужды.» (Ф. Торнау)[10]

«Хорошо выдержанный конь черкеса был отлично выезжен и повиновался уздечке в совершенстве. Он не боялся ни огня, ни воды. Черкесские наездники шпор не употребляли, но погоняли лошадь тонкой плетью, с привязанным на конце её плоским концом кожи, для того чтобы при ударе не причинять лошади боль, а только понукать её хлопками плетки. Без треноги ни один черкес не выезжал из дому. Седло черкеса было легко и покойно, не портило лошадь и тогда, когда по целым неделям оставалось на её спине.» (Н. Дубровин)[11]

«Казаки и черкесы, в длиннополых черкесках с патронами на груди, обутые в суконные ноговицы и красные сафьянные чевяки, в лохматых бараньих шапках, с винтовкой в бурочном чехле, перекинутою за спину через правое плечо, при шашке и широком кинжале, скакали на неказистых, но крепких, неутомимых лошадях кабардинской породы. Маленькое черкесское седло и легкая тонкоременная уздечка видимо была приспособлены к дальнему походу, к жизни на коне. Не порывист их налет, но стойко встречают они противника, метко бьют из винтовки и рубят шашкой на убой. Лошади приезжены к покойному ходу, к быстрым поворотам, но не к прыжкам и дыбкам, только мешающим упорной, хладнокровной драке.» (Ф. Торнау)[12]

«Будучи прирожденными наездниками, черкесы обращали особое внимание на развитие у себя коневодства. Черкесская порода лошадей, известная у нас под именем кабардинской, представляла благородную смесь арабской и персидской крови. Она отличалась необыкновенной легкостью в скачке, выносливостью, добронравием и смелостью; впрочем, последнее качество было не столько врожденное, сколько составляло результат её отличной выездки. Черкес в седле не спускал рукавов и не оставлял нагайки без дела ни на одну минуту, но зато, как скоро вынул ногу из стремени, он делался рабом и нянькой своего усталого скакуна. После арабов никто не школил лошадей так жестоко и вместе не ухаживал за ними с такой заботливостью и нежностью, как черкесы. У лучших рубак на Кавказе, шапсугов, развитием смелости в коне занимались столько же, как и развитием ловкости в самом наезднике. В числе других видов джигитовки там был такой, в котором конь приучался толкать грудью супротивного коня, чтобы сбить его вбок и доставить седоку профиль противника.» (В. Потто)[13]

«Для набегов горцы подготовляли своих лошадей, как для призовой скачки, переставали их кормить сеном, гоняли под попонами, купали по несколько раз в день. На приготовленных таким образом лошадях они пробегали потом неимоверные расстояния…Сев на лошадей в десять часов утра, мы проехали, не оставляя седла, весь день и всю ночь…В четвертом часу утра мы были на месте, сделав в восемнадцать часов не менее ста шестидесяти верст; последние два или три часа мы скакали во весь опор, причем были принуждены силой удерживать лошадей, рвавшихся одна перед другою, несмотря на целый день езды без корма. Подобную силу и неутомимость можно найти только у добрых черкесских лошадей. На месте их выводили как следует, выдержали несколько часов без корму, и через пятеро суток они шли под нами так же бодро, как будто никогда не делали подобного перехода.» (Ф. Торнау)[14]

«Лошадь, это другое „я“ абаза, средней величины, сильна и вынослива, хотя и не красива. Достойно внимания твердое копыто лошади; так как железо там — очень редкая вещь, то лошади не подковываются, но, несмотря на это, выдерживают длинные и быстрые переходы без повреждения копыт…Когда адыг после долгой поездки приезжает домой или на ночевку, то он оставляет лошадь на несколько часов стоять под седлом, прежде чем даст ей сена. Скребница и щетка неизвестны, лошадь моют и летом и зимой. Корм состоит из овса или ячменя, но большей частью её кормят кукурузой. Кроме сена кормом служит также просяная солома…Лошади с раннего возраста подготавливаются к военной службе, для этого проводятся примерные сражения, их заставляют привыкать к ружейному огню и приучают повиноваться голосу своего хозяина, так что часто бывает удивительно, как быстро многочисленный отряд находит своих в беспорядке пасущихся лошадей и сидит уже на них, готовый к сражению.» (Т. Лапинский)[15]

Марки

  • Кабардинская лошадь на почтовой марке СССР (1982 год)

  • Кабардинская лошадь на почтовой марке СССР (1988 год)

  • Кабардинская лошадь на почтовой марке Азербайджана (1993 год)

Примечания

Литература

  • Кабардинская лошадь — статья из Большой советской энциклопедии. 
  • Камбегов Б. Д., Балакшин О. А., Хотов В. Х. «Лошади России». Полная энциклопедия. «РИЦ МДК». М., 2002 год.

Ссылки

www.gpedia.com


Foliant31 | Все права защищены © 2018 | Карта сайта