Белгород выбрать город
Выберите город

Джин Ауэл - Долина лошадей. Долина лошадей джин ауэл


Долина лошадей - Джин Мари Антинен Ауэл

  • Просмотров: 2855

    Босс с придурью (СИ)

    Марина Весенняя

    У всех боссы как боссы, а мой — с придурью. Нет, он не бросается на подчиненных с воплями дикого…

  • Просмотров: 2644

    Ришик или Личная собственность медведя (СИ)

    Анна Кувайкова

    Жизнь - штука коварная. В один момент она гладит тебя по голове, в другой с размаху бьёт в спину.…

  • Просмотров: 2514

    Никуда не денешься (СИ)

    Татьяна Карат

    В новый год случается разное. Все ждем чуда, сказки, и сказка приходит, хоть и не совсем такая о…

  • Просмотров: 2236

    Босс-обманщик, или Кто кого? (СИ)

    Ольга Обская

    Антон Волконский, глава успешной столичной компании, обласканный вниманием прекрасного пола,…

  • Просмотров: 1986

    Наложница дракона (СИ)

    Диана Хант

    Оказавшись в мире, где правят драконы и магия я, обычная студентка, получила ипостась дракона. И…

  • Просмотров: 1940

    И при чем здесь лунный кот? (СИ)

    Nia_1976

    В Империю демонов прибывает эльфийская делегация со странным довеском. Кто эта мелкая человечка, и…

  • Просмотров: 1906

    Мужчина моей судьбы (СИ)

    Алиса Ардова

    Когда-то герцог Роэм Саллер позволил невесте сбежать, чтобы избавить ее и себя от нежеланного…

  • Просмотров: 1890

    Босс в нокауте (СИ)

    Tan Ka

    Чёрный пояс по каратэ кому-нибудь помог найти свою любовь? Мне - нет. Зато, благодаря ему, я…

  • Просмотров: 1721

    Похищенная инопланетным дикарем (ЛП)

    Флора Дэр

    Любовь? Это для подростков.Не поймите меня неправильно, я в восторге, моя подруга Жасмин нашла…

  • Просмотров: 1656

    Вас подвезти? (СИ)

    Татьяна Карат

    Никогда не замечала за собой излишней сентиментальности. А тут решила подвести бомжеватого…

  • Просмотров: 1416

    Мой Нежный Хищник (СИ)

    Регина Грез

    Девушка Катя отправилась на болото за клюквой и увидела Волка. А Волк увидел Катюшу и решил…

  • Просмотров: 1352

    Магическая сделка

    Елена Звездная

    Всегда помни — драконы выполняют свои угрозы, особенно если речь идет о Черном драконе. Всегда знай…

  • Просмотров: 1204

    Академия десяти миров (СИ)

    Снежана Альшанская

    Меня прокляли. Наложили чары, от которых нельзя избавиться. Проклятие угрожало всем вокруг.…

  • Просмотров: 1194

    Купи меня. Книга 1 (ЛП)

    Алекса Райли

    Братья Кортес встретили ее и сделают все, чтобы обладать ею… включая ее покупку.Их одержимость…

  • Просмотров: 1137

    Шантаж чудовища (ЛП)

    Джорджия Ле Карр

    ЧелсиКогда я была маленькой, моей любимой сказкой была "Красавица иЧудовище". Я мечтала…

  • Просмотров: 1102

    Костолом (ЛП)

    Джоанна Блэйк

    Я завязал с женщинами много лет назад. Мне лучше быть одному.Пока великолепная мать-одиночка не…

  • Просмотров: 1073

    Предел риска (СИ)

    Натализа Кофф

    Главное правило Яги: Если у вас имеется любимое хобби, и вы от природы наделены талантом и тягой к…

  • Просмотров: 1045

    Скажи, что любишь (СИ)

    Ева Горская

    Стая оборотней – это все, что у меня было. Все, что я хотела. Все, что я любила. Единственное…

  • Просмотров: 1033

    Миллионер на выданье (СИ)

    Zzika Nata

    В этом мире так, порою, сложно,Что не понимаю ничего -Почему без сотен тысяч можно,Но никак нельзя…

  • Просмотров: 966

    Муж на час (СИ)

    Катерина Ши

    Когда ты устраиваешься на работу, то никогда не показывай все свои таланты. Иногда может получиться…

  • Просмотров: 931

    Воровство не грех, а средство выживания (СИ)

    Ольга Олие

    Я дипломат, уважаемый в своих кругах человек. Но никому невдомек, что есть у меня еще одна…

  • Просмотров: 877

    Игрушка для босса. Трилогия (СИ)

    Ольга Рей

    Романтические отношения совсем не входят в мои планы, потому что времени на них нет. Работа,…

  • Просмотров: 876

    Иномирянка (СИ)

    Марина Абрамова

    Читая книги о других мирах, я даже не могла себе представить, что однажды окажусь в роли главной…

  • Просмотров: 872

    Неправильный (СИ)

    Грета Шелест

    А ведь план освоения в этой школы был так прост: молча учиться, забрать золотую медаль, безупречную…

  • Просмотров: 833

    Без права выбора (СИ)

    Дора Коуст

    Выдали замуж против воли? Не отчаивайся! Если в сердце живет любовь, ты справишься с любыми…

  • Просмотров: 680

    Лев Саши (ЛП)

    Хэйзел Гоуэр

    Когда стеснительная Саша Бренто переезжает в Америку ради последнего года старшей школы, ее…

  • Просмотров: 664

    Златовласка черного дракона (СИ)

    Елена Рейн

    Ларисинья – юная золотая драконица, заперта жестоким отцом в башне, как пленница в угоду…

  • Просмотров: 649

    Любовники (СИ)

    Елена Стрельцова

    Дети, любовник, муж и другие домашние обитатели…Легкая история для Вас )

  • itexts.net

    Джин Ауэл - Долина лошадей

    Стадо успело уйти гораздо дальше, чем она предполагала. кто-то напал на лошадей, и они помчались галопом по равнине. Вскоре до Эйлы донесся шум и рычание волков, расправлявшихся с добычей. По-доброму, ей следовало бы обойти их стороной, но пришлось подобраться поближе, чтобы узнать, не пала ли их жертвой Уинни. Она вздохнула с облегчением, увидев, что шкура у лошади темная, и тут же вспомнила о гнедом жеребце. Она была убеждена в том, что это то же самое стадо.

    Продолжая идти по следу, она задумалась о жизни диких лошадей и об опасностях, которые подстерегают их повсюду. Уинни - молодая и сильная кобылка, и тем не менее всякое может случиться. Ей захотелось снова забрать ее к себе.

    Около полудня она наконец увидела стадо. Лошади еще не оправились от страха после нападения волков, и Эйла подошла к ним с наветренной стороны. Стоило им почуять ее запах, как они устремились прочь. Молодой женщине пришлось описать большой круг и зайти с другой стороны. Подойдя к ним на расстояние, с которого уже можно было отличить одну лошадь от другой, она узнала в одной из них Уинни, и сердце у нее учащенно забилось. В горле у нее застрял комок, и она несколько раз судорожно сглотнула слюну, тщетно пытаясь сдержать подступившие к глазам слезы.

    "Вид у нее здоровый, - подумала Эйла. - Она потолстела. Хотя нет, не потолстела. Она беременна! Уинни, это же просто замечательно!" Эйла возрадовалась всей душой, и ей нестерпимо захотелось узнать, помнит ли ее Уинни. Она свистнула.

    Уинни тут же подняла голову и посмотрела в ту сторону, где стояла Эйла. Женщина свистнула еще раз, и лошадь направилась к ней. Эйла не выдержала и кинулась бегом ей навстречу. Но тут пегая кобыла помчалась галопом к Уинни и, покусывая ее за подколенки, отогнала ее прочь, а затем, собрав все стадо, устремилась вдаль, уводя лошадей от того места, где находилась незнакомая и, возможно, опасная для них женщина.

    Эйла пришла в отчаяние. Ей ни за что не угнаться за лошадьми, ведь они бегают куда быстрее, чем она. Вдобавок она ушла гораздо дальше от долины, чем предполагала, и, если она замешкается, ей не удастся вернуться в пещеру до наступления темноты. Она еще раз свистнула, громко и протяжно, хоть и понимала, что теперь звать Уинни бесполезно. Подтянув повыше обернутую вокруг плеч шкуру, она повернула обратно, изрядно опечалившись. В лицо ей дул холодный ветер, и она пригнула голову пониже.

    Эйла так расстроилась, что перестала обращать внимание на то, что происходит вокруг, и лишь мысленно сетовала, как неудачно все обернулось. Громкое рычание заставило ее встрепенуться. Она подошла совсем близко к стае волков, которые успели чуть ли не по уши перемазаться в крови, пожирая убитую ими лошадь.

    "Следовало смотреть, куда идешь, - упрекнула она себя и попятилась. - Я сама во всем виновата. Надо было проявить терпение, и, возможно, тогда кобыла не увела бы стадо прочь". Ей пришлось описать дугу, обходя то место, где лежала погибшая лошадь. Продвигаясь вперед, Эйла еще раз взглянула на нее и подумала: "Она той же масти, что и жеребец из стада Уинни". Присмотревшись попристальнее, она как следует разглядела очертания головы и тела, заметила особенности окраски и содрогнулась. Ведь это гнедой жеребец. Каким образом волкам удалось одолеть полного сил коня?

    Она получила ответ на свой вопрос, когда увидела неестественно вывернутую ногу. Даже самый сильный молодой конь может сломать ногу, мчась во весь опор по неровной местности. На пути ему попалась глубокая трещина в иссохшей земле, и он стал жертвой волчьей стаи. "Как жаль, - подумала Эйла, - ему бы еще жить да жить". Наконец она повернулась спиной к волкам и лишь тогда заметила, какая опасность нависла над ней самой.

    Небо, которое было совершенно ясным поутру, заволокло тяжелыми, зловещими тучами. Область высокого давления, препятствовавшая до сих пор наступлению зимы, сместилась, и потоки холодного воздуха тут же устремились вперед. Дул ветер, и сухие травы клонились к земле, а в воздухе порхали обрывки листьев. Температура быстро понижалась. Эйла подумала, что вот-вот пойдет снег, а до пещеры очень далеко. Оглядевшись по сторонам, она прикинула, что нужно двигаться как можно быстрее, чтобы добраться до пещеры, прежде чем начнется снегопад.

    Но ей не повезло. До долины оставалось полдня пути быстрым шагом, а зима не пожелала больше ждать. Когда Эйла подошла к пересохшему ручью, в воздухе появились первые большие хлопья мокрого снега. Притихший было ветер поднялся снова, и на смену мягким хлопьям пришли острые ледяные иголки, а затем более сухая "крупа": началась настоящая метель. На покрытой мокрым снегом земле начали образовываться сугробы. Разнородные слои воздуха еще не успели до конца перемешаться, и на Эйлу то и дело обрушивались порывы ветра, налетавшего то с одной, то с другой стороны.

    Она понимала, что ей ни в коем случае нельзя останавливаться, но у нее не было уверенности в том, что она движется в правильном направлении. Все очертания стали расплывчатыми. Эйла остановилась, пытаясь определить, где она находится, и совладать со страхом. Какую глупость она сделала, отправившись в путь без меховой шкуры. Надо было прихватить заплечную корзину и палатку, тогда она смогла бы в ней укрыться. От холода у нее онемели ноги и заледенели уши. Она дрожала, стуча зубами. Как громко завывает ветер!

    Что-то заставило ее прислушаться повнимательнее. Кажется, это не ветер. Вот опять тот же звук. Приложив руки ко рту, она изо всех сил свистнула и опять прислушалась.

    В ответ послышалось пронзительное ржание, донесшееся откуда-то неподалеку. Эйла свистнула еще раз и увидела в снежной дымке силуэт золотистой лошадки, появившейся внезапно, словно призрак. Эйла кинулась ей навстречу, чувствуя, как слезы катятся по ее замерзшему лицу.

    - Уинни, Уинни, ах, Уинни, - без конца повторяла она, обхватив кобылку за крепкую шею и прижавшись лицом к ее мохнатой шкуре. Затем она забралась на лошадь и низко пригнулась, пытаясь хоть немного согреться.

    Лошадь направилась к пещере. Эйла знала, что чутье поможет ей найти дорогу. Неожиданная гибель жеребца повергла в смятение все стадо. Пегая кобыла следила за тем, чтобы лошади не разбежались, зная, что со временем его место займет другой жеребец. Возможно, золотистая лошадка не покинула бы стадо, если бы не знакомый ей свист и не воспоминания о женщине и о жизни в безопасности. Уинни выросла вне стада и не привыкла во всем подчиняться пегой кобыле. Когда началась метель, она вспомнила о пещере, где можно было укрыться от свирепых ветров и холодного снега, и о любившей ее женщине.

    Когда они наконец добрались до пещеры, Эйлу била сильная дрожь, и ей далеко не сразу удалось развести огонь. Но, справившись с этим, она не стала сидеть у очага, а взяла меховые шкуры, в которые заворачивалась во время сна, перетащила их в то место, где обычно располагалась Уинни, и улеглась, прильнув к теплому телу лошадки.

    Но ей не довелось толком порадоваться возвращению любимой подружки. Когда Эйла проснулась, у нее начался жар и сухой глубокий кашель. На протяжении нескольких дней она ничего не ела, а только пила горячие настои лечебных трав, когда ей удавалось встать и приготовить их. Уинни спасла ее от гибели, но никак не могла помочь ей вылечиться от воспаления легких.

    Большую часть времени Эйла лежала без сил в горячке, но события, разыгравшиеся, когда в пещеру вернулся Вэбхья, вывели ее из оцепенения. Он спрыгнул на уступ у входа, но его появление вызвало отчаянный протест у Уинни. Эйла лежала в полузабытьи, вдруг до нее донеслось пронзительное, возмущенное ржание. Открыв глаза, она увидела, как рассерженная лошадь, поведя ушами, в испуге кинулась вперед и заплясала на месте. Пещерный лев обнажил клыки и припал к земле, готовясь к прыжку. Послышалось глухое рычание. Эйла вскочила с постели и встала между львом и лошадью.

    - Прекрати, Вэбхья! Ты пугаешь Уинни. Разве ты не рад, что она снова с нами? - Эйла повернулась к кобылке: - Уинни! Это же Вэбхья. Ты напрасно испугалась. Немедленно перестаньте, вы оба, - строго проговорила она. Эйла считала, что опасность никому не грозит, ведь животные выросли в этой пещере и она стала для них обоих родным домом.

    Запахи, витавшие в пещере, и прежде всего запах женщины были знакомы и льву, и лошади. Вэбхья подбежал к Эйле и принялся тереться об нее, а Уинни ткнулась носом ей в плечо, требуя уделить внимание и ей. А затем лошадь негромко заржала, но не от страха или раздражения, - точно так же она ржала, когда оставалась с маленьким львенком, за которым Эйла поручила ей присмотреть, и тогда Вэбхья признал в ней свою няньку.

    - Я же говорю, это всего лишь Вэбхья, - сказала Эйла лошади и тут же закашлялась.

    Раздув огонь, Эйла взяла бурдюк для воды, но обнаружила, что он пуст. Завернувшись в меховую шкуру, под которой она спала, Эйла вышла наружу и набрала в миску снегу. Затем она принялась ждать, когда закипит вода, изо всех сил стараясь не кашлять, хотя в груди у нее постоянно что-то клокотало. Наконец ей удалось унять кашель с помощью отвара корня девясила и коры дикой вишни, и она снова улеглась. Вэбхья занял свое излюбленное место в дальнем углу, а Уинни расположилась, как и прежде, у стены.

    profilib.org

    Джин Ауэл - Долина лошадей

    - Уинни, как это здорово! - восторженно сверкая глазами, сообщила Эйла и, подняв лошадиную морду, прижалась к ней щекой. Этим жестом, знакомым Уинни с раннего детства, она выражала ей свою любовь и признательность.

    Эйлой овладело странное возбуждение. Она скакала вместе с лошадью! Кто бы мог подумать, что такое вообще возможно!

    Глава 10

    Эйла с трудом заставила себя слезть с лошади. Катание на носящейся галопом молодой кобыле доставляло ей несказанную радость. С этим ничто не могло сравниться. Похоже, эта игра доставляла удовольствие и Уинни, быстро привыкшей к присутствию седока. Вскоре долина стала слишком маленькой для молодой женщины и ее резвого скакуна. Тогда они стали выезжать за ее пределы - в степи, лежавшие к востоку от реки.

    Эйла знала, что в скором времени придется заняться собирательством и охотой, обработкой и заготовкой даров дикой природы, без этого она не смогла бы пережить весь цикл смены времен года. Ранней весной, когда земля только-только пробуждалась от долгой зимней спячки, ее добыча оставалась достаточно скудной. К их обычной зимней снеди - сушеным продуктам - добавилась кое-какая зелень, но ею все и ограничивалось: не было ни почек, ни кореньев, ни жестковатых стеблей. Впрочем, Эйла нисколько не тяготилась вынужденной праздностью, свойственной этой поре, с раннего утра и до позднего вечера она каталась на своей лошадке. Вначале она играла в этом катании пассивную роль - лошадь шла как ей вздумается. Эйла даже не пыталась направлять кобылицу, ибо общалась с ней главным образом с помощью жестов. Лошадь попросту не могла внимать ей. Но верховая же езда обеспечивала им теснейший контакт.

    После того как миновал период первоначальной нервозности, Эйла стала обращать внимание на игру лошадиных мышц. Уинни тоже научилась чувствовать ее состояние, которое могло быть как расслабленным, так и напряженным. Они пытались распознавать чувства и желания друг друга и сообразовывать с ними свое поведение. Если Эйле хотелось отправиться в каком-то определенном направлении, она бессознательно склонялась в эту сторону, что отражалось на тонусе ее мышц. Лошадь откликалась на это, изменяя либо скорость, либо направление движения.

    Период взаимного обучения способствовал их дальнейшему сближению. Вскоре Эйла действительно научилась управлять лошадью, пусть вначале она и не осознавала этого. Сигналы, связывавшие женщину и лошадь, были столь слабыми, а переход от пассивного согласия к активному взаимодействию столь естественным, что Эйла могла лишь смутно ощущать это. Непрестанная езда превратилась в напряженный и интенсивный курс обучения. Чувствительность обеих участниц этого действа постоянно росла. Эйле достаточно было помыслить о том, куда и с какой скоростью она хочет поскакать, для того чтобы животное вняло ее воле. Порой Эйле казалось, что оно стало продолжением ее тела. Молодая женщина не понимала, что все сигналы ее нервов и мышц моментально воспринимаются донельзя чувствительной кожей ее скакуна.

    Эйла не собиралась учить Уинни. Успех объяснялся той любовью и вниманием, с которыми она привыкла относиться к животному, и природными особенностями лошади и человека. Уинни отличалась любопытством и сообразительностью, она поддавалась обучению и обладала хорошей памятью, однако мозг ее имел иное устройство и был не столь развит, как мозг человека. Лошади относятся к числу стадных животных, тяготеющих к тесному теплому общению с себе подобными. Именно по этой причине чувство осязания играет в их жизни столь важную роль. Инстинкт молодой кобылы понуждал Уинни следовать командам, идти туда, куда ее направляла Эйла. В минуту опасности даже вожак боится отбиться от своего табуна.

    Действия женщины отличались целесообразностью, ибо направлялись мозгом, в котором знанию и опыту сопутствовали предвидение и анализ. Осознание уязвимости собственного положения приводило к обостренному чувствованию и рефлекторному реагированию на все поступающие в мозг сигналы, что способствовало ускорению процесса обучения. Даже во время прогулок Эйла при виде зайца или гигантского тушканчика невольно тянулась за пращой и устремлялась в погоню. Уинни, стремившаяся выполнять все желания Эйлы, улавливала и такие импульсы. Эйла осознала свою власть над лошадью только после того, как ей удалось убить гигантского тушканчика.

    Это произошло ранней весной. Они случайно вспугнули зверька. Эйла, едва завидев его, склонилась в ту сторону и потянулась за пращой. Уинни же, почувствовав ее безмолвный призыв, понеслась вслед за тушканчиком. Когда они приблизились к нему, Эйла слегка изменила положение тела, желая соскочить на землю, и кобыла тут же остановилась, дав ей возможность встать на ноги и поразить зверька точным броском из пращи.

    "Давненько я не ела свежего мяса… - думала Эйла, направившись к ожидавшей ее лошадке. - Хорошо бы поохотиться еще, но уж лучше я покатаюсь на Уинни… Как здорово все вышло! Она поскакала за тушканчиком и остановилась, едва я этого захотела!" Эйле вспомнился тот день, когда она впервые села на спину кобылы, обхватив руками ее мохнатую шею. Уинни тем временем принялась щипать молодую нежную траву.

    - Уинни! - воскликнула Эйла. Лошадь вскинула голову и, вопросительно подняв уши, посмотрела на женщину. Эйлу переполняли восторженные чувства. Мало того, что она научилась скакать на лошади, теперь она умела и направлять ее в нужную сторону!

    Кобыла подошла к Эйле.

    - Уинни… - повторила молодая женщина, чувствуя, что еще немного, и она заплачет. Уинни шумно выдохнула воздух через ноздри и, изогнув шею, положила голову ей на плечо.

    Эйла хотела было вскочить на лошадку, но неожиданно почувствовала себя на удивление неуклюжей. Ей мешал убитый тушканчик. Тогда она подвела лошадку к большому камню и влезла ей на спину уже с него. Немного помедлив, Уинни неуверенно направилась к пещере. Теперь, когда Эйла пыталась управлять кобылой сознательно, сигналы, подаваемые се телом, утратили свою определенность и однозначность, на что не могла не отреагировать и Уинни. Ведь Эйла до сих пор не понимала того, как именно она управляет лошадью.

    Отметив про себя это обстоятельство, она стала больше полагаться на рефлексы, но при этом сумела выработать и несколько полезных сигналов. Теперь Эйла стала охотиться чаще. Она останавливала лошадь, спешивалась и только после этого метала камень в цель. Вскоре она решила сделать то же самое, не сходя с лошади. Разумеется, ее постигла неудача - она промахнулась. Эйла восприняла этот промах как вызов и тут же приступила к отработке бросков. Владение любым оружием предполагает долгие тренировки. Именно этим и занялась Эйла, помня о том, что в свое время она смогла самостоятельно освоить обычное метание (никто не учил ее этому, ибо женщинам возбранялось иметь дело с оружием). Она помнила и о своем промахе, когда она оказалась совершенно безоружной один на один с рысью. Именно этот случай и побудил ее заняться освоением техники двойного броска.

    С той поры прошло много лет. Теперь ей вновь пришлось заняться забавной и одновременно крайне серьезной игрой: "попала - не попала". Скоро она научилась попадать в цель и из этого необычного положения. Теперь она могла разить дичь не сходя с лошади, но это было еще не все.

    Вначале Эйла складывала дичь в заплечную корзину. Вскоре она сообразила, что тушки убитых животных можно укладывать и перед собой - поперек лошадиной спины. Затем она поместила на нее специальную корзину, а после заменила ее парой корзин, висевших по бокам и связанных друг с другом широким ремнем. Это открыло замечательную возможность: ее четвероногая подруга могла таскать на себе непосильные для женщины тяжести.

    Все эти открытия изменили не только отношение Эйлы к лошади, но и весь строй ее жизни. Вылазки стали не только более продолжительными, но и куда более успешными, чем бы она при этом ни занималась - сбором кореньев и плодов или же охотой на мелких животных. Затем в течение нескольких дней она занималась переработкой своей добычи.

    Заметив в траве несколько спелых земляничек, она дала широкий круг по степи, пытаясь собрать как можно больше ягод. В эту пору спелой земляники было еще немного. Когда Эйла повернула назад, уже начинало смеркаться. Она ехала по степи, отыскивая взглядом характерные приметы местности. Когда она подъехала к долине, на землю опустилась ночь. Ей не оставалось ничего иного, как только положиться на инстинкты Уинни. Во время последующих путешествий она частенько позволяла животному самостоятельно отыскивать путь домой.

    После этого она стала брать с собой шкуру. Однажды она заехала так далеко, что решила переночевать прямо в открытой степи, под звездным небом. Она не мерзла, ибо лежала рядом с мохнатой теплой Уинни, однако из соображений безопасности решила развести костер. Степные обитатели более всего на свете страшатся запаха дыма. Ужасные степные пожары порой полыхают несколько дней кряду, опустошая огромные пространства.

    После первой проведенной в степи ночи Эйла стала относиться к подобным ночевкам куда спокойнее. Она начала осваивать обширный регион, лежавший к востоку от долины.

    Эйле не хотелось признаваться себе в том, что она делает все это в надежде встретиться с Другими. С одной стороны, она жаждала этой встречи, с другой - страшилась ее. Помимо прочего, такие дальние поездки позволяли ей отложить окончательное решение вопроса о том, покидать или не покидать ей долину. Эйла понимала, что тянуть с отправлением не стоит, однако она успела привыкнуть к долине, ставшей ее домом. Кроме того, ее по-настоящему волновала судьба Уинни. Она не знала, как отнесутся к ней Другие. Если бы эти люди жили где-то поблизости, она смогла бы изучить их обычаи и привычки, не вступая в непосредственное общение с ними, ведь она в любой момент могла бы скрыться на своем быстроногом скакуне.

    profilib.org

    Джин Ауэл - Долина лошадей

    Когда Серенио ушла, Джондалар отставил чашку в сторону и снова лег. У него болела голова, а нос совсем заложило. Ответ Серенио встревожил его, но он не мог понять почему. Ему не хотелось больше об этом думать: от таких мыслей у него начинало отчаянно сосать под ложечкой. Наверное, все дело в простуде, решил он.

    Глава 16

    На смену весне пришло лето, земля начала приносить плоды, которые постепенно созревали, и молодая женщина принялась собирать их. Она делала это скорее по привычке, чем по необходимости: у нее остались большие запасы пищи с прошлого года. Но Эйлу не радовало то, что у нее появилось свободное время: она не знала, чем его заполнить.

    Даже когда у нее появилась возможность охотиться зимой, она все время придумывала какие-нибудь новые занятия. Эйла выделала шкуры чуть ли не всех животных, которых им удалось убить. Иногда она оставляла мех, а иногда срезала его, чтобы получить кусок гладкой кожи. Она плела корзины и циновки, вырезала сосуды. В пещере появилось множество орудий и всяческой утвари, которой хватило бы на целый клан. При этом она с нетерпением ждала, когда наступит лето и у нее появятся другие занятия.

    Она обрадовалась, когда начался период летней охоты, и обнаружила, что, изменив часть приемов, может по-прежнему успешно охотиться вместе с Вэбхья, обходясь без лошади. За прошедшее время лев успел многому научиться, и при желании Эйла могла вообще отказаться от участия в охоте. У нее осталось много вяленого мяса, и к тому же когда Вэбхья уходил на охоту один, он, как правило, возвращался с добычей, и она всегда могла отрезать себе кусок мяса. Между женщиной и львом установились удивительные отношения. Он воспринимал ее как мать и подчинялся ей, они охотились вместе и чувствовали себя равноправными партнерами, вдобавок он был единственным существом, на которое она могла излить свою любовь.

    Наблюдая за дикими львами, Эйла многое узнала об их привычках. Поведение Вэбхья подтвердило правильность сделанных ею выводов. Зимой пещерные львы охотились днем, а в теплое время года - по ночам. Несмотря на весеннюю линьку, мех у Вэбхья остался густым, и в теплые летние дни ему было так жарко, что он не мог охотиться: погоня требовала больших затрат энергии и ему не хватило бы сил. Поэтому в дневное время он в основном спал, укрывшись в глубине прохладной пещеры. Зимой, когда свирепствовали ветры, дувшие с севера, где находился ледник, ночью становилось так холодно, что даже самый густой мех не спас бы львов от погибели, и они прятались в пещерах, служивших укрытием от ветра. Пещерные львы были хищниками, обладавшими отличной приспособляемостью. Цвет меха и густота ворса менялись в зависимости от климата, с изменением условий охоты появлялись новые навыки, лишь бы было на кого охотиться.

    Проснувшись утром на следующий день после того, как она рассталась с Уинни, Эйла приняла решение, увидев, что Вэбхья притащил в пещеру тушу молодого гигантского оленя с желтовато-коричневой пятнистой шкурой и улегся спать рядом с ней. Она уйдет из долины и непременно отправится дальше, но не этим летом. Льва еще рано оставлять одного, он слишком молод. Дикие львы не примут его в свой прайд, он погибнет в схватке с вожаком. Пещера послужит ему надежным прибежищем, которое будет необходимо ему до тех пор, пока он не найдет себе львицу и не обзаведется собственным прайдом.

    Айза велела ей отыскать соплеменников, найти мужчину себе под стать. Когда-нибудь она продолжит поиски. Но она испытала облегчение, подумав о том, что сможет еще какое-то время пожить на свободе, не вступая в общение с людьми, чьи обычаи ей не известны. Впрочем, на душе у нее стало легче и по иной причине, хотя она не сознавала этого. Ей не хотелось уходить, пока оставалась хоть тень надежды на то, что Уинни вернется к ней. Эйла отчаянно скучала по лошади, которая стала ее спутницей, с тех пор как она поселилась в долине, и которую она очень любила.

    - Вставай, ленивец, - сказала Эйла. - Давай прогуляемся и, может быть, поохотимся. Ты никуда не выходил прошлой ночью. - Она растормошила льва и пошла к выходу из пещеры, подав ему сигнал "За мной". Вэбхья приподнял голову, широко зевнул, обнажив острые клыки, встал и неохотно поплелся следом. Вэбхья не испытывал голода, как и Эйла, и предпочел бы еще поспать.

    Накануне она собирала лекарственные растения. Ей нравилось это занятие, к тому же оно вызывало в памяти приятные воспоминания. В юные годы, живя среди людей Клана, она с радостью отправлялась собирать растения для Айзы: это давало ей возможность хоть на какое-то время укрыться от пристального взгляда тех, кто спешил осудить любой поступок, выходивший за рамки общепринятого поведения, вздохнуть свободно, следуя без оглядки природным наклонностям. Потом она стала обучаться искусству исцеления, и приобретенные ею знания стали неотъемлемой частью ее личности.

    Стоило ей увидеть какое-либо растение, как она тут же вспоминала о его лекарственных свойствах: в ее мозгу укоренилась связь между внешним видом растения и способами его использования. Так, глядя на висящие в теплой темной пещере пучки репешка - высокого многолетнего растения с зубчатыми листьями и крохотными желтыми цветочками, растущими на сужающихся к концу цветоножках, - она сразу вспоминала, что настой из высушенных цветков и листьев репешка - хорошее средство при ушибах и внутренних повреждениях.

    Листья копытня - которые и впрямь напоминали формой копытце, - разложенные на сплетенных ею сетках для сушки, помогали при астме - больному следовало подышать дымом, образующимся при горении сухих листьев, - а также входили в состав отвара, смягчающего кашель, и служили отличной приправой для пищи. Когда взгляд Эйлы останавливался на больших покрытых пушком листьях окопника, сушившихся вместе с его корнями на солнце, она начинала думать о том, что это незаменимое средство для восстановления костей и заживления ран. Она знала, что яркие цветы ноготков применяют для обработки открытых ран, при внутренних и кожных язвах, что настоем из цветков ромашки можно промывать царапины, а также его можно пить для улучшения пищеварения, что, если подержать на солнце сосуд с залитыми водой лепестками шиповника, через некоторое время получится прекрасный, душистый, немного вяжущий настой для кожи.

    Она собрала все эти растения затем, чтобы заменить оставшиеся с прошлого года травы свежими. Эйла постоянно следила за тем, чтобы там были средства на самые разнообразные случаи, ведь это доставляло ей удовольствие и помогало сохранить приобретенные навыки. Но в тот день она заметила, что почти все свободное место занято и повсюду разложены подсыхающие листья, цветки, корни растений и куски древесной коры, а значит, новые собирать бессмысленно - их будет некуда деть. Ей стало скучно, но она никак не могла придумать, чем бы еще заняться.

    Эйла спустилась к каменистому пляжу, обогнула выступ и побрела вдоль кустов, тянувшихся полосой по берегу реки. Пещерный лев плелся следом за ней, издавая своеобразные звуки - "хнга, хнга, хнга". Эйла давно уже поняла, что так он разговаривает. Другие львы тоже издавали подобные звуки, но голоса их звучали по-разному, и она могла бы узнать Вэбхья по голосу, даже не видя его, и она не спутала бы его рычание ни с чьим другим. Сначала у него словно что-то начинало клокотать в груди, затем раскаты набирали силу, и, если она оказывалась где-то неподалеку, у нее начинало звенеть в ушах от этого басовитого рыканья.

    Добравшись до валуна, возле которого она обычно делала передышку, Эйла остановилась. Мысль об охоте не особенно ее прельщала, но она никак не могла понять, чего же ей хочется. Вэбхья ткнулся носом ей в плечо, требуя уделить ему внимание. Она почесала льва за ушами, погладила по гриве. Мех у него стал темнее, чем зимой, но сохранил бежевый оттенок, а грива приобрела сочный рыжий цвет, как будто ее выкрасили красной охрой. Он поднял голову, чтобы она смогла почесать его под подбородком, и громко заурчал от удовольствия. Эйла вытянула руку, чтобы почесать его с другой стороны, и вдруг заметила нечто новое для себя: его макушка находилась почти вровень с ее плечом. Он стал одного роста с Уинни, но тело у него было куда массивнее. Эйла только теперь поняла, до чего он уже большой.

    Пещерные львы, обитавшие среди степей в краях с холодным климатом, обусловленным близостью ледников, оказались в условиях, прекрасно подходивших для их существования. На материке, большую часть которого занимали поросшие травами земли, в изобилии водились самые разнообразные животные, многие из которых отличались огромными размерами: зубры и другие копытные млекопитающие, превосходившие почти вдвое по величине нынешних представителей той же породы; гигантские олени с колоссальными рогами, мохнатые мамонты и носороги. В подобной ситуации представители хотя бы одной из разновидностей хищников неминуемо должны были достигнуть в процессе развития размеров, которые позволили бы им охотиться на столь крупных животных, и тогда появились пещерные львы, полностью удовлетворявшие всем требованиям. Львы, которые появились на земле в более позднюю эпоху, были уже в два раза меньше и показались бы крошечными по сравнению с пещерными, самыми крупными представителями отряда кошачьих из всех существовавших когда-либо в природе.

    Вэбхья воплощал в себе все наиболее яркие черты, присущие этим великолепным хищникам. Этот огромный, могучий лев, чей густой мех лоснился, указывая на здоровье и полноту жизненных сил, блаженно урчал, чувствуя, как пальцы молодой женщины прикасаются к его коже. Если бы он вздумал напасть на Эйлу, ей ни за что не удалось бы справиться с ним, но она не воспринимала его как угрозу, обращалась с ним как с очень большим котенком, и подобное отношение надежно защищало ее от опасности.

    profilib.org

    Джин Ауэл - Долина лошадей

    Она происходила из Других, однако помнила только то, что было с ней уже в Клане. Эйле рассказали, что ее нашли на берегу реки. Исхудавшее крошечное тельце девочки было исполосовано когтями пещерного льва. Они занимались поисками новой пещеры, и Айза решила взять девочку с собой - она надеялась, что ей удастся выходить несчастную малютку. Когда Эйла пыталась вспомнить о том, что случилось с ней до этого, ею овладевал тошнотворный ужас, земля под ногами начинала ходить ходуном.

    Землетрясение, сделавшее пятилетнюю девочку сиротой, которой оставалось надеяться лишь на милость судьбы, землетрясение и скорбь утраты были столь ужасны для ее неокрепшего сознания, что она постаралась забыть и о землетрясении, и о семье, где она родилась и воспитывалась. Для нее родители стали тем же, чем являлись для прочих членов Клана, - Другими.

    Подобно нерешительной весне, которая то радует теплым солнышком, то пугает зимней пургой, Эйла склонялась то к одной, то к другой крайности. Впрочем, эти дни она проводила совсем неплохо. Это напоминало то время, когда она бродила возле пещеры, собирая травы для Айзы или охотясь, - во время этих походов она и привыкла к одиночеству. Утром и днем, когда она была поглощена работой, ей хотелось остаться в этой укромной долине вместе с Уинни. По ночам же, когда она сидела возле горящего очага в своей маленькой пещере, ее страшно тянуло к людям. Весной одиночество переносится куда тяжелее, чем долгой холодной зимой. Она постоянно думала о Клане, о людях, которых она так любила, представляла, как бы она прижала к себе сыночка… Каждый вечер она исполнялась решимости завтра же начать готовиться к отправлению, однако, едва наступало утро, она забывала обо всем и спешила выехать на Уинни куда-нибудь в восточные степи.

    Осмотр этих территорий позволил ей не только ознакомиться с особенностями местности, но и с ее животным миром. Пришла пора миграции огромных стад травоядных, и Эйле захотелось вновь заняться охотой на крупных животных. Желание было столь сильным, что она на какое-то время забыла о своем одиночестве и проблеме поиска себе подобных.

    Она встречала в степи и лошадей, но ни одна из них так и не вернулась в ее долину. Охотиться на лошадей Эйла не хотела. Она решила избрать какое-нибудь другое животное. Скакать верхом с копьями было неудобно. Пришлось выдумать для них специальные подвески, крепившиеся к вьючным корзинам.

    Однажды она заметила неподалеку большое стадо самок северного оленя и задумалась о деталях предстоящей охоты уже всерьез. Девочкой, в ту пору, когда она только-только начинала осваивать азы охотничьего мастерства, Эйла, едва заслышав разговор об охоте, всеми правдами и неправдами старалась подсесть поближе к беседующим мужчинам. Естественно, в первую очередь ее интересовали рассказы об охоте с использованием пращи, однако она с интересом прислушивалась и к другим историям. Заметив над головами оленей небольшие рожки, она сперва решила, что это самцы, но вскоре увидела в стаде оленят и вспомнила о том, что у самок северного оленя тоже есть рога (этим они отличаются от всех прочих видов оленей). В ее памяти возник целый ряд ассоциаций, не последней из которых было воспоминание о вкусе оленины.

    Она вспомнила и слова охотников-мужчин о том, что весной олени отдельными группами идут на север по только им ведомым тропам, не отклоняясь ни в одну, ни в другую сторону. Первыми идут самки и оленята, за ними следуют молодые самцы. Последними же идут старые многоопытные олени, которые обычно разбиваются на группы.

    Эйла неспешно ехала вслед за стадом рогатых самочек и оленят. Появившиеся с началом лета тучи кровососущих комаров и мошек досаждали оленям, облепляя нежную кожу возле глаз и ушей, и это заставляло их уходить на север, где гнуса было заметно меньше. Эйла отмахнулась от нескольких жужжащих возле ее головы насекомых. Она выехала ранним утром, когда в низинах и распадках все еще стояла рассветная дымка. Олени, привыкшие к присутствию других копытных, не обращали внимания на Уинни и ее седока, державшихся на некотором расстоянии от стада.

    Эйла продолжала обдумывать план охоты. "Самцы пойдут той же дорогой, что и самки. Стало быть, я смогу на них поохотиться. Я знаю их тропу, но мне нужно подобраться к оленю на такое расстояние, чтобы я смогла вонзить в него свое копье… Может, мне следует вырыть яму? Впрочем, они ее просто-напросто обойдут, а сделать такое ограждение, через которое они не смогут перескочить, я, конечно же, не сумею… Даже страшно подумать, сколько для этого понадобилось бы кустов! Конечно, если погнать на эту яму все стадо, один из оленей туда вполне может свалиться…

    Ну и что из того? Как я его оттуда достану? Разделывать убитое животное на дне грязной ямы я больше не хочу. Да что там разделывать - мне и мясо сушить здесь придется! Разве я смогу перетащить его к пещере?"

    Весь этот день они так и ехали вслед за стадом, время от времени останавливаясь для того, чтобы отдохнуть и перекусить. Эйла подняла глаза на розовеющие облака. Она оказалась в совершенно неизвестных ей северных землях. Вдали виднелись какие-то заросли, за которыми поблескивала отражавшая алый свет небес полоска воды. Олени один за другим проходили через узкие проходы между деревцами и останавливались, выстроившись в ряд у самой кромки воды, чтобы утолить жажду перед переправой.

    Серые сумерки лишили свежую зелень ее яркости, небо же внезапно засветилось так, словно ночь поворотила вспять, решив уйти до времени в иные земли. Немного подумав, Эйла пришла к выводу, что перед ней находилась та же самая река, через которую они уже не раз переправлялись. Она неспешно текла, поражая обилием заводей, плесов и излучин. Эйла решила, что с той стороны реки они смогут добраться до долины, не совершая новых переправ. Впрочем, Эйла могла и ошибаться.

    Олени принялись поедать лишайник. Судя по всему, они собирались заночевать на том берегу реки. Эйла решила остаться здесь. Возвращаться назад было уже поздно, к тому же ей все равно пришлось бы переправляться через эту реку, а мокнуть в преддверии ночи ей не хотелось. Она соскочила с кобылы и сняла с ее спины копья и корзины. Прошло совсем немного времени, и на берегу запылал костер, сложенный ею из плавника и сухостоя. Поев крахмалистых земляных орехов, запеченных в листьях, и зажаренного на углях гигантского тушканчика, фаршированного зеленью, она расставила свою низкую палатку, после чего подозвала свистом Уинни и, завернувшись в шкуру, легла под кожаный полог головой наружу.

    Облака отползли к самому горизонту. От количества звезд, высыпавших на небо, у Эйлы захватило дух. Казалось, что сквозь черное испещренное мириадами мелких дырочек покрывало ночи до нее долетали лучи чудесного светила. Креб называл звезды огнями, крайне смущая этим юную Эйлу, силившуюся представить очаги мира духов и тотемов. Она стала искать взглядом знакомое созвездие.

    "Дом Медведицы, а над ним мой тотем, Пещерный Лев. Как странно… Они постоянно кружат по небу, но всегда остаются одними и теми же. Может быть, они даже ходят на охоту, а потом возвращаются в свои пещеры… Я хочу убить оленя. Надо спешить - не сегодня-завтра самцы будут здесь. И переправляться через реку они будут в этом самом месте…"

    Неожиданно она услышала храп Уинни, почувствовавшей присутствие какого-то четвероногого хищника. Животное отступило к костру.

    - Уинни, что там такое? - спросила Эйла, используя звуки и жесты, неизвестные членам Клана. Она умела издавать звук, неотличимый от тихого ржания Уинни. Умела тявкать по-лисьи, выть по-волчьи и с недавнего времени свистеть, копируя пение самых разных птиц. Многие из этих звуков стали составной частью созданного ею языка. Она уже не вспоминала о Клане, где люди предпочитали молчать и посматривали на нее с явным осуждением. Она действительно сильно отличалась от них - для нее произношение звуков являлось совершенно естественным средством самовыражения.

    Желавшая обезопасить себя лошадка встала между костром и Эйлой.

    - Эй, Уинни! А ну-ка отойди! Ты от меня тепло заслоняешь!

    Она поднялась на ноги и подбросила в костер дров. Почувствовав волнение животного, она ласково потрепала его по холке. "Посижу-ка я, пожалуй, около костра, - подумала она. - Хотя этот хищник - если, конечно, причина в нем - с тем же успехом мог бы напасть и на оленей, тем более что там огня нет… И все-таки неплохо бы подбавить дров…"

    Она опустилась на корточки и, бросив в костер несколько поленьев, проводила взглядом сноп взметнувшихся искр, которые постепенно гасли в темноте небес. Звуки, послышавшиеся с того берега, говорили о том, что один или даже два оленя пали жертвой неведомого хищника, который мог принадлежать и к семейству кошачьих. Это напомнило ей о том, что и она собиралась охотиться на оленей. Эйла отогнала лошадь в сторонку, чтобы взять новую порцию дров, и тут же ей в голову пришла неожиданная мысль.

    Немного попозже, когда Уинни заметно успокоилась, Эйла вновь улеглась возле костра, завернувшись в свою теплую шкуру, и принялась размышлять. План был настолько необычен и смел, что она не смогла сдержать улыбки. Прежде чем заснуть, она успела продумать все его детали.

    Утром они перебрались на другую сторону реки. Оленей там не было уже и в помине. Однако Эйла не стала преследовать их, вместо этого она развернула Уинни и галопом направила ее в направлении долины. Ей следовало позаботиться о массе самых разных вещей, без которых ее план терял бы всяческий смысл.

    profilib.org

    Джин Ауэл - Долина лошадей

    Эйла смыла скопившуюся в ране кровь и на мгновение заколебалась, не зная, как лучше взяться за дело. Когда она проткнула щепкой кожу, мужчина вздрогнул и что-то забормотал. Придется действовать попроворнее. Она продернула кусочек жилы через дырочку на одном краю, затем на другом, осторожно потянула за концы и завязала их узелком.

    Эйла решила не делать очень много узелков, поскольку не была уверена, что потом ей удастся вытащить куски жилы. Она завязала четыре узелка, а потом добавила еще три, чтобы водворить разорванную мышцу на место. Благополучно справившись с этой задачей, Эйла улыбнулась, подумав о том, как забавно выглядят узелки на теле человека. Но меж тем она добилась своего: мышца заняла правильное положение, края раны больше не расходятся. Если она не загноится и заживет как следует, этот мужчина сможет свободно двигаться. По крайней мере теперь у него на это куда больше шансов, чем прежде.

    Эйла поставила припарку из корня окопника и обернула ногу куском мягкой кожи. Затем она тщательно промыла другие ссадины и царапины, находившиеся в основном в области груди и правого плеча. Ее беспокоила шишка на голове, но кожа в том месте, на котором появилось вздутие, осталась цела. Она приготовила настой цветов арники, приложила к шишке влажный компресс и закрепила его, обвязав голову полоской кожи.

    Только после этого она решила, что может немного отдохнуть. Когда мужчина проснется, она даст ему другие лекарства, но на данный момент она сделала все, что могла. Эйла прикоснулась к коже, в которую была обернута его нога, чтобы разгладить крохотную складку, и впервые позволила себе хорошенько рассмотреть его.

    Мускулы у него крепкие, хоть и не такие мощные, как у мужчин из Клана, а ноги поразительно длинные. Курчавые золотистые волосы на груди, а руки покрыты мягким пушком. Кожа у него светлая, и волосы на теле светлее и тоньше, чем у мужчин, которых ей доводилось встречать. Он выше ростом и стройнее, чем они, но ничем особенным от них не отличается. Половой член среди золотистых завитков. Эйла подалась вперед, чтобы притронуться к ним пальцами и попробовать, какие они на ощупь, но остановилась, заметив меж ребер свежий шрам и следы кровоподтека. Похоже, он едва-едва успел оправиться от предыдущей раны.

    Интересно, кто его лечил? Из каких краев он явился сюда?

    Эйла наклонилась, чтобы получше разглядеть его лицо. По сравнению с лицами мужчин из Клана оно казалось плоским. Мышцы рта расслаблены, губы довольно-таки полные, но челюсти не так сильно выдаются вперед. Резко очерченный подбородок со впадинкой посредине. Эйла притронулась к своему подбородку, вспомнив, что у всех членов Клана, кроме ее сына, он был едва намечен. Нос обычной формы - узкий, с выраженной переносицей, но меньше по размеру. Глаза у него закрыты. Они широко посажены и кажутся очень выпуклыми. Хотя нет, просто их не затеняют мощные надбровные дуги. Высокий ровный лоб, несколько легких морщинок, придающих лицу встревоженное выражение. Эйле показалось, что он сильно выпячен вперед, ведь раньше она видела только лица людей из Клана. Она положила руку ему на лоб, затем поднесла ее к своему. Одинаковые! До чего же странной должна была казаться ее внешность членам Клана.

    Волосы у него прямые и длинные. Часть до сих пор стянута на затылке кожаным шнурком, а остальные выбились из пучка и спутались. Какой красивый золотистый цвет! "Они как у меня, - подумала Эйла, - только посветлей. Почему-то мне кажется, что я уже где-то их видела". И тут она, к невероятному своему изумлению, вспомнила, где именно. Во сне! В тот раз, когда ей приснился мужчина из племени Других! Ей не удалось разглядеть его лицо, но волосы у него были как раз такого цвета!

    Она укрыла мужчину, быстрым шагом вышла из пещеры и с удивлением заметила, что еще совсем светло и, судя по положению солнца, полдень миновал не так уж и давно. Ей казалось, что прошло гораздо больше времени, ведь произошло столько событий и ей пришлось затратить столько умственных, физических и душевных сил. Эйла попыталась хоть немного разобраться в собственных мыслях, придать им некоторую упорядоченность, но они не слушались и продолжали кружить вихрем у нее в голове.

    Почему она решила отправиться сегодня на запад? Почему она оказалась неподалеку как раз в тот момент, когда раздался его крик? И как могло случиться, что из всех пещерных львов, бродивших по степям, в ущелье ей повстречался именно Вэбхья? Наверное, ее тотем привел ее в те места. А как же сон, в котором ей приснился мужчина со светлыми волосами? Неужели это тот самый человек? Почему он вдруг оказался там? Она понимала, что теперь ее жизнь изменится, хоть и не знала, какую роль в ней сыграет этот мужчина. Но ей наконец довелось увидеть лицо человека из племени Других.

    Уинни подошла к ней со спины, ткнулась носом в руку, и Эйла обернулась. Лошадь положила голову ей на плечо, и Эйла, вскинув руки, обвила ими шею Уинни, а затем прижалась к ней головой и замерла, ощущая тепло и близость лошади, думая об образе жизни, который стал для нее привычным, и о будущем, внушавшем ей некоторую тревогу. Затем она погладила и приласкала кобылку и почувствовала, как жеребенок зашевелился в ее брюхе.

    - Осталось уже совсем недолго, Уинни. Как хорошо, что ты помогла мне доставить его сюда. В одиночку я бы ни за что с этим не справилась.

    "Надо бы пойти проверить, все ли в порядке", - подумала она, боясь, как бы с ним чего-нибудь не случилось за время ее недолгой отлучки. Он лежал в той же позе, что и прежде, но Эйла продолжала сидеть рядом с ним, прислушиваясь к его дыханию, не в силах отвести от него глаз. Внезапно она заметила нечто крайне необычное: у него не было бороды! А ведь у всех мужчин из Клана были большие темные бороды. Неужели у мужчин из племени Других не растет борода?

    Проведя рукой по его подбородку, она почувствовала, как колется отросшая щетина. Борода у него есть, но совсем короткая. Эйла в недоумении покачала головой. Как молодо он выглядит. Внезапно ей показалось, что этот рослый, мускулистый мужчина скорее похож на мальчика.

    Он повернул голову, застонал и что-то забормотал. И хотя речь его звучала невнятно, у Эйлы возникло смутное ощущение, что она должна быть понятна ей. Ощупав его лоб и щеки, она поняла, что у него начался жар. "Надо бы как-то напоить его отваром ивовой коры", - подумала она и поднялась с места.

    Доставая кору, Эйла еще раз окинула взглядом свои запасы лекарственных трав. Она собирала их, даже не задумываясь о том, что они вряд ли понадобятся кому-нибудь, кроме нее самой, действуя по привычке, и теперь порадовалась тому, что у нее такая обширная аптека. Ей не удалось обнаружить ни в долине, ни в степях кое-каких растений, произраставших в изобилии неподалеку от Пещеры, где жили члены Клана, но и теми, которые она сумела найти, вполне можно было обойтись. Она заготовила и некоторые из трав, росших в южной стороне и встретившихся ей впервые. Айза научила ее, как распознать среди незнакомых растений те, что можно использовать как лекарство или употреблять в пищу, но Эйла решила, что не стоит применять их для лечения незнакомца, поскольку их свойства известны ей не до конца.

    Помимо ивовой коры, она взяла растение, о полезных качествах которого она знала с давних пор. Его широкие листья с двумя острыми зубчиками на конце росли у основания мохнатого стебля, а не по всей его длине, на верхушке которого находилась шапка мелких цветков - белых, когда Эйла сорвала их, а теперь засохших и побуревших. Оно так сильно походило на репешок, что Эйла приняла его за одну из разновидностей семейства репейниковых, но целительница, повстречавшаяся ей на Сходе Клана, называла его "костоправом" и применяла его при повреждениях костей. Эйла использовала это растение как средство для снятия жара, но его нужно было варить долго, до тех пор пока не образуется густой сироп, который вызывал обильный пот. Зная о том, что это сильнодействующее средство, Эйла решила, что не станет давать его мужчине, ослабевшему от кровопотери, без крайней необходимости, но все же приготовила его на всякий случай.

    Внезапно она вспомнила про люцерну. Свежесорванные листья этого растения, замоченные в горячей воде, способствуют повышению свертываемости крови. И она растет в поле неподалеку. Еще надо напоить его мясным бульоном, чтобы у него прибавилось сил. Она снова стала рассуждать как целительница, оправившись от минутной растерянности. С самого начала все ее действия подчинялись одной-единственной мысли, занимавшей главное место в ее сознании: этот человек должен остаться в живых.

    Ей удалось заставить его выпить немного отвара ивовой коры, приподняв ему голову и положив ее к себе на колени. Веки его затрепетали, и он что-то пробормотал, но так и не пришел в сознание. Кожа в местах, где были царапины и ссадины, покраснела и стала горячей, а нога сильно распухла. Она поставила свежую припарку и сменила компресс на голове, где вздутие уже стало поменьше. Наступил вечер, а тревога в ее душе все росла и росла. Эйла пожалела о том, что рядом с ней нет Креба, который умел призывать на помощь духов и делал это всякий раз, когда Айза бралась кого-то лечить.

    profilib.org

    Джин Ауэл - Долина лошадей

    "Неужели все это относится и к Эйле? Неужели она является вместилищем зла, немыслимой мерзости и грязи? Честная, прямодушная Эйла, обладающая даром исцелять людей, мудрая, бесстрашная, добрая, красивая Эйла? Разве столь прекрасная женщина может быть порочной?

    Пожалуй, она не сумела бы понять, что значит это слово! Но что подумают о ней люди, которые не знают ее толком? Вдруг, повстречавшись с ними, она расскажет, кто ее вырастил, расскажет о своем… ребенке? Что подумают о ней Зеландонии или Мартона? И ведь она не станет ничего скрывать, она непременно заговорит о своем сыне и никому не позволит думать о нем дурно. Пожалуй, Эйла может оказать отпор кому угодно, даже Зеландонии. Думаю, она и сама могла бы стать Зеландонии, ведь она обладает даром исцеления и даром приручать животных.

    Но если в Эйле нет ничего порочного, выходит, наши представления о плоскоголовых не соответствуют истине! Но ведь никто не согласится с этим".

    Погрузившись в размышления, Джондалар все шел и шел, не разбирая дороги. Он вздрогнул, когда что-то мягкое и влажное прикоснулось к его руке, - появление лошадей оказалось для него полной неожиданностью. Он остановился, чтобы почесать и погладить жеребенка. Уинни неторопливо продвигалась к пещере, пощипывая травку. Джондалар легонько шлепнул жеребенка по крупу, и тот помчался к матери. Но Джондалар не спешил вернуться к Эйле.

    Впрочем, Эйлы не было в пещере. Следуя за Джондаларом, она подошла к скалистому выступу и увидела, как он бросился бежать по долине. Ей и самой порой хотелось побегать, но она удивилась тому, что у Джондалара внезапно возникло подобное желание. Неужели причиной тому она сама? Эйла ощупала теплую землю над ямой, в которой пеклись куропатки, а затем направилась к большому валуну. Джондалар вновь погрузился в размышления, но затем, подняв голову, с удивлением заметил Эйлу и стоящих рядом с ней лошадей.

    - Я… прости, Эйла. Мне не следовало так внезапно убегать.

    - Иногда у меня тоже возникает желание побегать. А вчера Уинни пришлось пошевелить ногами вместо меня. На ней можно ускакать гораздо дальше.

    - Прости меня и за вчерашнее тоже.

    Эйла кивнула, думая: это вежливость, часть обычая. Что же на самом деле значит это слово? Храня молчание, она прижалась к Уинни, и кобылка опустила голову на плечо женщины. Джондалар уже видел их в такой позе раньше, когда Эйла была расстроена. Похоже, им удается утешить друг друга. Ему и самому становилось легче, когда он гладил жеребенка.

    Но молодой жеребчик был слишком непоседлив и не мог так долго оставаться на одном месте, хоть ему и нравилось, когда ему уделяли внимание. Тряхнув головой, он кинулся прочь, задрав хвост. Затем он высоко подпрыгнул, повернул назад и легонько толкнул мужчину, словно предлагая ему порезвиться и поиграть вместе. Эйла и Джондалар дружно рассмеялись, нарушив напряженное молчание.

    - Ты хотел дать ему имя, - сказала Эйла без всякой настойчивости, просто отмечая факт. Она подумала, что сделает это сама, если Джондалар так и не соберется.

    - Я не знаю, как его назвать. Мне еще ни разу не доводилось придумывать имя для кого-нибудь.

    - Первой, кому я дала имя, была Уинни.

    - А как же твой… сын? Разве не ты выбрала имя для него?

    - Нет, это сделал Креб. Дарком звали молодого мужчину из легенды, которая нравилась мне больше других. Креб знал об этом, и, думаю, он выбрал это имя, чтобы доставить мне удовольствие.

    - Вот не знал, что у людей из Клана есть свои легенды. Как же они их рассказывают, не говоря ничего вслух?

    - Точно так же, как вы рассказываете их с помощью слов, только иногда жесты оказываются намного выразительней.

    - Пожалуй, и вправду, - сказал он, пытаясь представить себе, что же за истории они рассказывают, а точнее говоря, показывают друг другу. Он и не предполагал, что плоскоголовые способны что-либо сочинять.

    Они оба не отрываясь смотрели на жеребенка, который стремительно скакал по полю, наслаждаясь возможностью порезвиться. "Какой превосходный жеребец из него вырастет, - подумал Джондалар, - какой удалец".

    - Удалец! - воскликнул он. - Может быть, назовем его Удальцом? - Это слово часто приходило ему на память, когда он думал о жеребенке.

    - Я не против. Имя хорошее. Но для того, чтобы дать ему это имя, нужно все сделать как положено.

    - А как положено давать имя лошади?

    - Я не уверена, что этот ритуал годится для лошадей, но я поступила с Уинни так же, как поступают члены Клана с детьми, давая им имена. Я покажу тебе.

    Она повела Джондалара в степь к месту, где раньше пролегало речное русло, которое долго оставалось сухим и частично заполнилось землей. Лошади отправились следом за ними. На одном из краев этого оврага виднелись различные почвенные слои. К удивлению Джондалара, Эйла разрыхлила веточкой красный охряной слой и набрала коричневато-красной земли в пригоршни. Вернувшись к реке, она смешала ее с водой так, чтобы получить вязкую массу.

    - Креб смешивал красную землю с медвежьим салом, но у меня его нет, да и, пожалуй, краска, замешанная на воде, лучше годится для лошадей. Она высохнет и осыплется. Дело ведь не в этом, а в имени. Тебе придется подержать ему голову.

    Джондалар поманил к себе жеребенка, и тот направился к нему, выкидывая на ходу забавные коленца. Мужчина обхватил его руками за шею и стал почесывать. Жеребенок стоял смирно. Эйла вскинула руки и обратилась на древнем языке жестов к духам, стараясь проявить некоторую сдержанность. Она до сих пор не знала, насколько благосклонно духи отнесутся к ее желанию дать имя лошади, хотя ритуал, совершенный ею над Уинни, не привел к каким-либо дурным последствиям. Затем она набрала в пригоршню красной глины.

    - Имя этого жеребца Удалец, - проговорила она, сопровождая слова соответствующими жестами, а затем провела охряную черту по его морде от светлого хохолка на лбу и до кончика носа.

    Она проделала это быстро, но уже в следующее мгновение жеребенок вырвался из рук Джондалара, отскочил назад и затряс головой, пытаясь отделаться от мокрой глины, а потом потерся о Джондалара, и у того на груди появилась красная полоса.

    - Похоже, он тоже решил дать мне имя, - с улыбкой сказал мужчина. Удалец помчался галопом по полю, а Джондалар попытался стереть красное пятно с груди. - Почему ты взяла именно эту, красную, землю?

    - Это земля особенная… она связана с духами, - ответила Эйла.

    - Священная? Мы называем ее священной. Это кровь Великой Матери.

    - Кровь, да. Креб… Великий Мог-ур натер тело Айзы смесью из красной земли и медвежьего сала после того, как ее душа отлетела прочь. - Ей до сих пор было больно вспоминать об этом.

    Глаза у Джондалара широко раскрылись.

    - Плоскоголовые… то есть члены Клана, используют священную землю, чтобы помочь душе умершего совершить переход в иной мир? Ты точно это знаешь?

    - Без нее нельзя похоронить человека по всем правилам.

    - Эйла, мы тоже используем такую землю. Это кровь Великой Матери. Ее нужно насыпать в могилу и забросать ею тело, чтобы душа человека попала в чрево Великой Матери и он смог бы родиться снова. - Во взгляде его промелькнула боль. - Но никто не сделал этого для Тонолана.

    - У меня не было красной земли, Джондалар, а искать ее было некогда. Мне нужно было срочно перетащить тебя сюда, а иначе мне пришлось бы хоронить не одного, а двоих. Я попросила мой тотем и дух Урсуса, Великого Пещерного Медведя, помочь ему на пути в мир духов.

    - Ты похоронила его? И его тело не досталось хищникам?

    - Я положила его тело в конце каньона, а потом столкнула сверху камень, следом за которым посыпались другие и погребли его под собой. Но красной земли у меня не было.

    Мысль о том, что плоскоголовым известен обряд похорон, показалась Джондалару совершенно невероятной. Звери не хоронят погибших сородичей. Одни только люди задумываются о том, откуда они появляются на свет и куда отправляются после смерти. Неужели духи, в которых верят члены Клана, помогли Тонолану совершить переход в иной мир?

    - Если бы ты не оказалась рядом, Эйла, никто не похоронил бы моего брата. А для меня ты сделала большее: ты сохранила мне жизнь.

    Глава 26

    - Эйла, я уже и не помню, когда мне доводилось полакомиться чем-нибудь таким же вкусным. И где ты научилась так замечательно готовить? - спросил Джондалар и взял еще кусок сочной, изысканно приправленной куропатки.

    - У Айзы, где же еще? Креб любил это блюдо больше всех прочих. - Вопрос Джондалара вызвал у Эйлы раздражение, но она не поняла, по какой причине. Почему его так удивляет то, что она умеет готовить? - Целительницы разбираются в травах, Джондалар, и знают, какие из них годятся для лечения, а какие можно использовать в качестве приправы.

    Он уловил раздраженные нотки в ее голосе и принялся гадать, чем вызвано ее недовольство. Ведь он всего лишь похвалил ее. Еда оказалась вкусной, точнее говоря, просто превосходной. Надо признать, все, чем кормила его Эйла, казалось ему вкусным. Он с удовольствием пробовал новые для него блюда - в этом заключается одна из прелестей дальних путешествий - и всегда поражался отменному качеству приготовленной ею еды.

    "А ведь у нее столько забот. Она так ненавязчиво заботится о тебе, что ты вскоре начал воспринимать это как должное. Она охотится, делает припасы, готовит тебе еду. Она все время трудится. А ты только и делаешь, что ешь, Джондалар. И ты ничем ей не помог. Ты получил так много, но ничего не дал ей взамен… а вдобавок к этому ты оскорбил ее.

    А теперь ты вздумал похвалить ее, но все это лишь слова. Нет ничего удивительного в том, что она недовольна. Она будет рада, когда ты уйдешь отсюда, ведь из-за тебя у нее только прибавилось хлопот.

    profilib.org


    Foliant31 | Все права защищены © 2018 | Карта сайта